Точка от смайлика. 2018

"Пражское новогоднее"


Вдоль Голодной стены —
                вниз — в темноту.
Вдоль Голодной стены —
                сквозь парижские сны.
В темноту ста огней,
                покрывающей ту
змееборную гору
                мифов лесных.
Чернь дубовая —
                не заслонит этот Град.
Он ярится сквозь ветки
                кануна кокардой.
В обероновой чаще —
                ни шагу назад —
новогодним бродягой,
                хромым голиардом.
Шкурой бурой коровы
                укутан порог
малостранский.
                Скамейка, и хлеба кусок.
Упираясь затылком
                в развилку дорог
перелетных, вглядываюсь
                в юго-восток,
будто в зеркало, будто
                в речку с моста,
над которой —
                рыцарский силуэт
и меча предельная простота
отсекает вчерашнее,
                сводит на нет
этот город, Влтаву
                и эти холмы
и тебя самого,
                истертого в хлам.
Вдоль Голодной стены —
                от тюрьмы – до сумы
новогодней —
                судимый по чьим-то делам,
по наветам,
                хоть сам отродясь не судил.
Вдоль Голодной стены —
                вниз — в темноту
новогоднюю, временем впереди
нанесенную отмелью на суету.
Не спеши.
Погоди.

01.2018 (Прага. Петржин)



***

Снег
          голуби на крыльях принесли,
снег напряжения, усталости и тяги,
что в сумке переметной, полной лиц
посмертных, гипсовых.
                Исписанной бумагой
снег комкает асфальт, скрывая плоть
дорожную, отлучкой от причастья,
от таинств, благодати — распороть
пространство на мелькающие части
рискнул не без успеха.
                Лишь фрагмент
его снежайшего величества — ничтожный
прислужник, атавизм и рудимент,
сновидческой преснежности заложник —
стою. И нет надежды на побег
от рабства снежного, лишь барщина до смерти.
Снег
         принесен на крыльях голубей,
последней тягою земной,
последней мерой.

01.2018 (Прага. Вышеград)




"Равенский посол в Венеции"


Юный город
прибитый намертво сваями
к львиной воде
выгибающейся топорща гриву
следящей тысячеглазо за каждым
словно стережет
драгоценную невинность —
божественную белую плачущую корову
не зная
что та давно украдена Меркурием

Трехдневный малярийный старческий путь
из-за дурацкой поножовщины и признательности
в поисках маленького но нужного мира

Юный город
стареющий на глазах
от всё умножающейся сизифовой силы
     и каменеющей власти
от постоянной охоты за своим
     ускользающим отражением
от постоянного танталова вампиризма
    на огненной крови Востока
    которая не утоляет
    но лишь распаляет
    жажду
    прорезая морщины
    и наращивая сальные уступы

Трехдневные болота долга и приязни
для состарившихся глаз говоривших с не имеющим ушей и рта
желающих только одного — поскорее вернуться

Юный город —
вечный беглец по судьбе и судьбам —
лихо занесенный
диктаторский фрасибулов кулак
все пальцы которого
    окольцованы тяжелыми пряными
    ослепляющими византийскими бриллиантами
забивающий глиной
    с высокомерием торгаша разжиревшего от фарта
    рот менее удачливых соседей
срывающий каждый
    поднявшийся выше других колос

Юный
    прекрасный
сильный
    жестокий

Лавровый венок болотных испарений
ядовитая трехдневная истина финальной дороги
на кудрях равенского флорентийца
превращающегося в итальянца

Только финальный взморг
пушистых ресниц спутницы
помещающий великих в немощные музейные экспонаты
в вечный лед
или
в розу о тринадцати лепестках
спрятанную в стене
за циновкой

03-12.2018



***

                Светлой памяти Н. Мандельштам

Для живых оправдания нет
До истока уже не пробиться.
Лишь трухою заполнен ответ
сердобольного очевидца.
Лишь трухой да глазастым песком
с оправданием мяса пыток.
Свора псов подавилась куском,
но считает победой убыток.
Надо капать и капать в одно,
надо в тверди твердить по капле,
чтоб капусты солёное дно,
унесло наш бумажный кораблик.
Унесло в световой переплет,
сберегло от возвратных воронок,
там где чижика недолёт,
там где пыжится путь похоронок.
Воздух снова свинцовей свинца,
и болезнь многочлен разлагает,
и не видят в лице лица,
и теряют себя в арьергарде.

22.03.2018



***

Мой брат Сесар
герольд слегка обугленный по краю
ясного ненастья
Мой час
это Париж уходящий
сквозь эйфелеву маслёнку
в безвозвратность
Мой день
смыт цунами с мыса
дёсны которого постоянно
кровоточат
Брат мой Сесар
как хочу встать под
спасительный душ
и смыть с себя
самого себя

21.06.2018



***

Всю ночь истошная гроза
вопила в окна
Поэтому маляры
перекрасили все потолки
с типично паннонских колеров
на чисто предуральские
с сине-ренессансной
ослепительности
на нордическую дремуче-болотную
архаику
Всё застенное пространство
весь мир —
лишь коварные пакости
разжиревших самодовольных платанов
серых вампиров времени
возводящих
платоническую плотину из
ошметков
лоскутьев
и струпьев
своей отвалившейся коры
против
безмятежности пробуждения
Диктаторы-платаны
заклинатели дождей
куриной слепоты
и разлуки
Надо
заставить себя
выйти из этих стен

22.06.2018



***

В стоячей скале
есть сидячий индеец
мой брат и тайный однофамилец
копающий картошку
так же как и я все своё отрочество
Вся моя жизнь по сути
это археологические раскопки
картошки
с легким и кратковременным послаблением
режима
т. е. просветами в осенних тучах
как те
которые неожиданно открывались
над шашпальскими перевальными "Обо"
когда я возлагал на них веточку
обещанного внизу можжевельника —
плату за проход сквозь
вертикали туманы и слои
пошлину за продолжение этой жизни
и той дороги
пропуск в земли обетованные
в ковыли у крылатых озер
В стоячей скале
есть сидячий индеец
мой брат и тайный однофамилец
копающий картошку

30.06.2018



***

Умница в соломенной шляпке
широкой
как степная душа
Женщины приносят только дождь
или дожди
Дождь это благо
Дожди это непроходимость
депрессия и простуда
Дождь поднимает и вдохновляет
заставляет жить
Дожди размывают смывают
и топят
оставляя только длиннорогий череп
серого быка
глотающий обиды
в глубине Хортобадя

2018



***

По восходящему куда-то
отражению Парижа
в котором нет моста Мирабо но есть фиеста которая всегда с тобой
По восходящему куда-то
отражению Парижа
на прачечной барже увешанной застиранными и загрунтованными
холстинами облаков
в тройственном катарсисе а может быть пакте
вместе с польской аполлоньей головой пробитой осколком
и кубическим ржанием впадающих
в море прострации от раскаленных асфальтов
коленопреклоненных испанских кобылок
По восходящему куда-то
отражению Парижа
мимо давно утилизированных ресторанами стен ХV века
втроем
Оторванные от самих себя как купоны
от давно вышедшей из употребления кассовой ленты
прошлых жизней
чье место лишь в краеведческом музее
или лавчонке полусбрендившего антиквариуса
призванного уважаемой муниципальной общественностью
к реставрации полустёртых и ретуши полупристойных
воспоминаний
о лазурнобереговых аристократических костровищах
о сернопрямоугольных малагских алькасабах
о культурнореволюционных егошихинских красноглиньях
то есть ни о чем по сути
Я уже давно пережил первого из нас
но второй на все 100 % переживёт
вашего покорного слугу который
только-то и хотел что
версифицировать как некто четвёртый
которого нет сейчас с нами но
который по меркам Древнего Египта был здесь еще вчера
оставив на камнях дунайских набережных добрую сотню своих
пред-венских следов запах которых еще достаточно силен
для волчьего носа
но потом
ухватившись за свеаландский куш
он скрылся в моих ушных раковинах
и навсегда
в лесу лиственничных свай
Весь воздух вокруг треща и качаясь дрожит
от уважительных венгерских киянок
вылетающих из каждого встречного рта
и легко постукивающих по лбу меня-нас
заключивших сегодня в своей лу-чхи-стой тьме
этот тройственный катарсисный пакт
чтобы привить себе
спасительный вирус испанки
как кровь вервольфа
меняющую не повседневную внешность
но ореховое ядрышко природы
которое выталкивает сквозь все бордюры традиционного тротуара
на перекрестие лунного воя
Поток слов медленно по капле
как автопробка через мост Эржебетт
просачивается сквозь стигматы и восходящее отражение
в Сену в Каму и в Гудзон
и растворяется в них
как лунный вой
в инстинкте самосохранения

07.2018



***

Бедлам, бедлам,
            Бедлам, бедлам
сплошной. Но где же королева?!
И Глобус режут пополам,
вернее на сонет. И вам
придется рухнуть в белый клевер
лицом, вдыхая аромат,
забыв о прочих благовоньях.
Ведь к возрождению преград
нет... Только силуэт вороний,
который косит Вавилон
и хочет вылететь из птичьей
судьбы на тридевять сторон
и за границы всех приличий
в вальпургиеву ночь, где нет
ни зноя, ни грозы, ни града,
лишь только фантики конфет
и вечный сумрак променада;
лишь из давидовых псалмов
двадцать второй про стадо агнцев
и пастуха: семерки слов,
затянутые прочным фланцем
молитвенным, гудят, ревут
сквозь Будапешто-Вено-Римы,
и Адрианы щёки трут,
и тянут жаждой пилигрима
уйти куда-нибудь тишком,
в Равенну, где мои гробницы,
а может в Лондон, где не спится
где Глобус, вязанный спицах
фахверка, — в кулаке синицей
всё тщится взвиться высоко.

26.07.2018



***

наслаждение вкусом хорошего сыра
ничуть
чем вкусом этой сангрии
сам Бог велел
но хватит уже тостов
когда они стали жить отдельно
за тебя и за того парня
когда гнилые ружья аннамитов
без антисептиков
и им не стыдно
зеленого пенного моря
и храпа из книжной стенки
и сыра сведённого до точки от смайлика
и ежедневного тревожного многоточия
красного терпкого и полусладкого
как замороженная пять лет назад вишня
и эта зазывно блуждающая жара
сам дурак



***

Основа
четвертаковый опыт с лишком
с каким-то неким глупым судьбоносным медяком
с довеском
лишь только они в сегодняшнем почете

Алкоголи или наглые листья платана
или обнимающиеся в приступе слезливости груши
или с моста — в сено
всё равно
для мировой литературы
и полная хана чернильному адепту
тихо текущему
и предательство камней
дождевыми червями

Ты не дождешься
как и Ленка своего воображаемого армейского
но только
раздолбанного в припадке ревности казенного телефона
и жеманного официантского передничка в Сербии
приглашения к случке
и хер с ней
и с тобой хер
и со пухом его

Только заэфирный зефирный господин Ниебуткин —
эвфемизм согласный с эвфемизмами —
мастер кнопок и тумблеров
массового сознания
не может проснуться
ему это и незачем согласно эвфемизму

А ведь был когда-то и другой сладкий передничек
преданный ради
раздолбанного телефона
и довеска



***

У меня тоже были светло-синие летучие погоны
но не было полёта
лишь тёрка
лишь сыр струился мелкими штрихами
сквозь синее китайское сито
на
бегущий по извилинам монитор
на плиты аэродрома
на зеленое сито локатора
на обнаглевшую кургузую кирзу
и не менее наглую юфть
и душа кирзовела

А чтобы не растрескалась
ей требовался густой слой ваксы

И катились курвы мгновений на своих заоблачных телегах
от Хабаровска до
    Инты Воркуты Красновишерска где пышные белые подушки ягеля
    попираемы строевыми сосняками
до неяркого света плечистых костёлов самой Варшавы
    где заблудились меж трех берез
    три Будрыса
Ведь нет на свете царицы
краше польской девицы
с тёркой в руках

08.2018



***

Утро прорубается
сквозь толпу ошарашенных платанов
чернобородой
скрежещущей гнилыми ухмыляющимися зубами
сверкающей выпученными для острастки маорийскими глазами
и остро заточенным кутлассом
ЖИГОЙ
берущей на верный абордаж
Йо-хо-хо! И литровая кружка крутого кофе!

И окурко-губая пучинная химера
пятится раком к своим тупикам
осыпаясь на тротуары

И позвякивает в кармане
заплутавший тунисский верблюд

И сеньор Ла Илляхо
никак не столкнётся в извилинах лабиринта
с агой Иль-Лалахом

И быстрая езда
на всех попутных парусах
взрывает красные кресты перекрёстков

И пятнадцать жмуриков лихо отплясывают
на рундуке Деви Джонса
Йо-хо-хо! И бутылка корвалола!

08.08.2018



***

Четырнадцать чудовищных арочных окон
в моей груди
и четыре белых двери
покрытых пылью

Кто же
заступится за ту толстую сводню
тонущую в банке пива
и выдворяемую через корчевание
с ее законного столика
тщеславным армейским деспотом
ради
своего возлюбленного отражения?

Тонут в банке пива
Всё тонет в банке
или садится на мель

И я тону в ней
а также в «Белизне»
в «Cline»
во «Florasepte»
и в солнечных пятнах
предназначенных для другого

Захлебываюсь
не жалея
что так и не научился плавать
хотя вырос на великой реке
в которой мне никогда не удастся утонуть
несмотря на точный прогноз
старого друга-лицедея
ставшего
правоверным мормоном

А славный старина Ибль
всё громоздит надо мной ярус за ярусом
слой за слоем
свой около-оперный склеп
и улетает над проспектом Андраши на ибисе
в штаб-квартиру

И две черных перчатки
как руки отрубленные Средневековьем
лежат на каменных ступенях

16.08.2018



***

Царь Ирод снова избивает младенцев

Народ безмолвствует
наслаждаясь его лучезарной плешью
и визжит от восторга
стегая себя нагайками по стынущим ягодицам
Флагелланты понимаешь

Хлеба зрелищ
и зрелища хлебов!
Ведь если нет насущного
то достаточно показательных казней

Жиреют и наглеют нажимающие на
кнопки пропагандства
и прожаривают сочные утиные тушки
в микроволновках Критов и Джудекк
справедливо негодуя
на младенцев
знающих
что король не голый
но голы все вокруг
благодаря ему

И царь Ирод снова и снова
показательно избивает их

16-18.08.2018



***

Странник шел все дальше и дальше
по счастливому маю
по несчастливой земле
под плач снежного льва
и под бородатый смех отшельника

Слепцы били слепцов
звеня бокалами

И две ласточки кружились над головой
и одной из них был я

А дорога была белая-белая
ослепительно белая-белая
слепяще белая

и наконец-то вела к солнцу
на самое солнце
в солнце

и белая тень на ослепительно белой дороге
была стрелкой
компаса

а жадный отшельник бородато смеялся
и белый пепел был моим сердцем
и бился
бился
бился

синицей в ослепительном
белом
кулаке

24-26.08.2018



***

Я все дальше
ухожу по пути родителей
за длинноухим пучком репейника
и скоро доберусь

и это радует

26.08.2018



***

Уже не верится
что когда-то вы были на самом деле
что я мог обнять вас
прикоснуться к вам
вашим рукам
волосам
щекам
дед с штрафбатной пулей в ноге
и мокрыми от Кенигсберга глазами
бабушка мастерица семейных легенд и обожания
которую просто нельзя не любить
родители
папа мама

Кажется
что я выдумал вас
что вы мне приснились
что вы моя фантазия
были ли вы когда-нибудь
был ли я сам
или выдумал самого себя
и ничего не было
Все реки текут в море
но не переполняется

26.08.2018



***

Хейнал
хочу слушать хейнал
трубить в хейнал
из всех сил
из каждой альвеолы
и получить свою татарскую стрелу
в своё имперское горло

И новая Кабирия
продав родительскую квартиру
спешно отъезжает из Перми
в Салоники
чтобы купаться в чужом закате

И папарацци… папарацци… сплошняком
Ведь кто ищет тот находит
пусть даже
за мудрствованиями
над всевидящим оком
нужника

Гремит и гремит
весь день
медный таз
украденный у цирюльника
где-то в Пальмоношторе
и ждёт чуда во влажной но звёздной ночи
иронией дождевого исцеления
и фанатики слетают с катушек на фантики
и грязь становится всем
и всё становится грязью

и я слышу хейнал
теперь он постоянно в моём горле

2.09.2018



***

Шельма
Господин на господине
прогуливаются по нам теперь
как османские Гаруны над Дунаем
до острова Буяна
и Верхнего Дунаевца
с крестом Притыки
которым подавилось
Дунайско Гирло

Перекройка портными
гадальных карт
на кофейной гуще
Еще и еще гуще
Это и есть полИтик
а не Таро

Опусти же свою саблю
в тамбовскую аристократическую лужу
в ту самую марганцевую гущу
и пока тихо разбуди лихо
самое одноглазое
из всех одноглазых

Ведь на всякого самого циклопичного Полифема
есть свой острый осиновый кол
И да здравствует овечье руно
вставшее на дыбы

20.09.2018



***

Сухие рыжие клены
сухо кипят
в утреннее окошко
как будто
дождь об асфальт

Воздух снова получил
стремительность оперения падающего кречета
и мощь
стихийного бунта

Деревья готовы к полету
Деревья страстно рвутся в дали
а может в небо
как в юношеской сюите
но мешают привязанности
скрепы
почва

Этому бородатому няню
сейчас бы зонтик Памелы Трэверс
вот начудил бы с ближайшего шпиля
с три короба

22.09.2018



***

Бросаю себя как наживку
в раннюю лунку безупречной луны

и холод раздувает мои легкие
как метеозонд
оторвавшийся от привязи

Хруст ворчливого велосипеда
по содержимому
разоренного оссуария языческого лета

А в поле счастья
раненная собака неправды
с копошащимися опарышами
сомнений

Молюсь на грязные бетонные ступени
лишь в них сегодня настоящее
лишь в них всё и вся
нежно протираю их
заново отстраивая свой шаткий Шартрский собор

25.09.2018



***

В самую парижскую щёчку
смайликовой точкой
алой коромандельской бинди
привычной встречей-прощанием с уколом
знаменитой башни
ставшей мифом о золотом веке
не догадывающемся об этом среди
трущобных мансард
недоедания абсента
и антисфеновых прорех

Просто стой и гляди на воду
под тщеславными тимуридскими шишаками
ослепительно чуждого пробитому сердцу
обжигающего молочного Сакре-Кёра
свидетеля победы над голодом посредством пули

Просто стой и дуй на воду

29.09.2018



***

Ответ
в пульсирующем камне
брошенном Захириддином Бабуром
на косичке из букв
на дно
всех архивов и библиотек
на дно
всех ностальгий и невозможностей
ведь не саблей же единой

Если бы не пришлось судьбе
топорщить иглы на туранских волко-шакалов
то сладкие ферганские фисташки детства были бы
но не было бы чудес знакомых лишь понаслышке
не было бы каллиграфии мира проявленной на белой чалме Агры
не было бы жидкой глины юношеских иллюзий
ставших тем чем должно
после обжига всевозможными солнцами

Зло совершенно
но боль его забудется
после извинений великодушного Султана

Уж лучше пусть
бирюза Гур Эмира и Шахи Зинда
чинары и стены андижанского арка
отражаются в моём Ганге
чем пыльная борода невольника
в когда-то моём Зеравшане

30.09.2018



***

На барабана звук и вьющийся дымок
рассыпая градом
    ячмень и просо на треугольник
    межгорного плодородия
строя на нейтральной территории
    посредством постоянной спинной боли
    из опавших листьев и из валунов хороших новостей
    квадратную десятиэтажную башню
    чтобы она подавляла гнев на хлипкие контакты
    мешающие понять
    что покой и вся мудрость
    скрываются в кариесе на лошадином зубе
Понимаю и смиряясь
принимаю это
    и постоянно ухожу туда

1.10.2018



***

Запятнанное
разноцветной тушью неореализма
залатанное
горькими нитями любви
«я вспоминаю»
шествует сквозь меня

также
как сквозь сладкую октябрьскую жару
монументально-дружественная
весомо-воздушная
благословенная исландскими гейзерами
и ирокезскими шаманами
Анна Киш
спрятавшаяся за тишайшей шляпковой экстравагантностью
в свои фундаментальные ритмословия
и по сему не замечающая меня на другой стороне Тёкёли

Сквозь мой
в свой собственный Амаркорд

Каждый
в свой параллельный Амаркорд
в свои неореалистические фотоэмульсионные пятна

Мои сейчас бликуют растекаются переливаются
под деревянным мостком в Трухинятах
над устьем крохотной безымянной лесной речушки
сбежавшей к Каме
от вожатско-пионерско-лагерной опеки
и мне хорошо
спокойно

сейчас

Позади
тайная дыра в заборе
и первое в жизни исследование
с вывороченными столетними корнями-гротами
с гипнозными больными болотными глазами
с косматыми пугающими хвойными тенями
с пушистыми прогретыми лугами и полями свободы
полными гороха
снов
и лучших в мире запахов

А еще
красные указующие персты дорог
где-то привязанных намертво морскими узлами
к неизвестному

пока
спокойно

Запятнанное
разноцветной тушью неореализма
залатанное
горькими нитями любви
«я вспоминаю»

6.10.2018


***

Лодочка плывет и плывёт
плывёт и катится и катится
при всём при том
при всём при том
А Глория всё тонет и тонет и никак не утонет
под изысканное бельканто
и слава Богу
за это

А шар маклюры на столе
так пахнет пахнет и пахнет и пахнет
что и жить не хочется от того как он
благословенно пахнет
лучше всех парфюмов на свете

И добрый славный Шотландец
при всём при том
при всём при том
весело подмигивает из последнего июля
несмотря на воткнутый меж лопаток
лемех от плуга:

   «...Свободе — привет и почет.
   Пускай бережет ее Разум.
   А все тирании пусть дьявол возьмет
   Со всеми тиранами разом!
   За тех, кто далеко, мы пьем,
   За тех, кого нет за столом.
   За славного Тэмми, любимого всеми,
   Что нынче живет под замком.

   Да здравствует право читать
   Да здравствует право писать.
   Правдивой страницы
   Лишь тот и боится,
   Кто вынужден правду скрывать...»

и всё такое шотландское прочее

и неуёмный татарник пробивается сквозь ячмень
при всём при том
при всём при том
и в этом достоинство жизни
и всё такое прочее

Так выпьем же ячменного за тех
кто далёко
и накроем голову темно-синим пледом
и всё такое прочее

11.10.2018



***

Мне уже было тогда лет 15
Но надо ли давать чаевые этой надутой гелием
копченой свиной ножке
ведь это под силу только Томасу Мору
в паре с Френсисом Бэконом

Ведь просто смылась
как лишнее при проявке
а обвиняешь меня
сидящего полчаса в медитации под октябрьским солнцем
и под самыми конскими из каштанов

Ведь осень теперь
наш главный жизненный девиз

Смотри на листья и забудь о себе
и пусть все мысли станут октябрьской тенью
Никуда ты уже не сбежишь от этой
знойной блаженной осени
только в синюю-синюю тень
и в красную-красную сладкую «Ла фиесту»
из дружелюбного подбрюшия Тисы
вскормившего близнецов

Спаси и сохрани волка
зовущего тайгу
и уводящего за собой
густой ельник побеждённый когда-то
Святым Георгием
и больше ничего не надо
только вымести всю его чешую из себя

Но надо ли давать чаевые этой надутой гелием
копченой свиной ножке

10.2018



***

Деревья гадят прямо за моей спиной
исподтишка
процокивая корнями по асфальту
как собаки когтями

Вспыхиваю и взрываюсь
на множество фугасных осколков
А после контужено
безрезультатно гоняюсь
за ухмыляющимся опавшим листком
но вдруг вижу в нем как в зеркале
свое отражение
топорщащее солнечные колючки —
некое иглокожее
некого бурого трепанга
потрепанного горько-солёностью
пропущенного сквозь
все её сита амплитуды и воронки
и выброшенного
на горячий сахарный песок

А деревья
ярко артистично экстазно самозабвенно
гадят и гадят
как только отвернусь
доводя меня до полного

восторга

и высасывая последние
жизненные силы

16.10.2018



***

Спотыкаюсь
спотыкаюсь на эскалаторе
спотыкаюсь потому что механически смотрю
на пятки идущего впереди меня
на мелькание смутного
фирменного знака

только тогда и спотыкаемся

А вверху
фасады в ливреях актуального времени
и в резко-контрастных позументах эфира
и никогда ему не быть истинным
также как никогда не быть правдивым
интервью о какой-нибудь знаменитости
взятом у его бывшей или бывшего
искореженном обидами
колкостями и
саморекламой
своей кротости и пушистости

Вот и тяжесть приближения —
когда-то такая желанная и сладкая
лирико-эпатажная заплата
на неправдоподобной правде жизни

19.10.2018



***

Пап
сегодня как никогда
я понимаю тебя
ненужного нелепого выброшенного
на комфортабельный пляж чужого будущего
убившего твои карьеру дорогу цели идеи
превратившего тебя через твои же слабости
в овощ
в гниющую морскую капусту

А средневековая улица летит стрелой
но через 100 метров вонзается в «утюг»
и я постоянно бьюсь лбом в утюг
и рикошетом лечу дальше
в камин общего прошлого
Я тот кто есть
и ты тот кем был
пока наши вектора совпадают
с линиями на плато Наска
Ты хотел но вынесло к обрыву
Я уже не хочу ничего но
магистральная линия всё еще несет куда-то
и нет впереди другого утюга нашей встречи-невстречи

Только сейчас могу понять тебя
твою слабость
твою необходимость выйти
из реальности в мир огня-воды
связанных гордиевым узлом
я тоже скольжу по этому переплетению
в поиске развязки
или
македонского лезвия

20.10.2018



***

                Анатолию Субботину

Старина
мой тихий трогательный,
затерявшийся в чужих кронах дрозд
сегодня во время своей вечной вынужденной
листовой гребли ступенчатых помоек и пр. прелестей
я вдруг четко увидел как мы глушим с тобой
домашнюю фруктовую (абрикос, груша, слива) палинку
пернатый сладковатый аромат выжигаемый ядрёностью
в сером пыльном подвале
полуторавекового многоквартирного ящера
с чешуей фресок витражей и цветной плитки
опутанные ренессансным слезоточивым звуковым тюлем
моего астрологического близнеца
Преториуса

От этой катакомбной часовни-убежища
у меня есть личный ключик
А кроме всяких прочих общих лирических и не очень тем
мы помянем с тобой и
френсис-беконовскго параболического Тифона:
когда же он вылезет из паховой глубины зомбированной Геи
и опутав своими свободными кольцами маленького плешивого
но очень вонючего Зевса
вытянет его жилы и бросит в пещеру у которой нет дна

А если тебе нужен
кто-то третий
то за неимением Тылаковского зазовем к нам добряка Нандора
вместе с его ламме-гудзаковским брюхом
и хитрым клювом снегиря

(единственный снегирь
виденный мной в Будапеште
причем нелетающий)

И неважно
что он помнит по-русски
всего три слова
«здравствуйте» «зима» и «водка»

10.2018



***

Ноябрь
более сердечный
чем приуральский август
более теплый чем встреча
двух давнишних друзей по переписке

Город
выросший из волоска
золотой каракулевой шкуры
которой мифотворец
освещал в кромешной дунайской ночи
путь своего героического многовесельного
бегства
от удачи к неудачам
с дубовым одиноким финалом

Золотой каракуль ноября
на сутулых сонных холодных плечах

3.11.2018



***
                О. Р.

Милое луноликое
дитя огненного Банебджедета
с привидевшимся мне сейчас вдруг
крыльями хабтагая над твоей головою,
несущее на своих отнюдь не богатырских плечах
через всякие проливы и реки
Фрикса и Геллу
и еще некого картофельного бюльбюля,
поющего не о розах и шипах
но об их эйдосах,
попавших в добротные поэзо-башмаки,
как ты думаешь, фиалковокудрое,
если бы Алькадава Алькадар по другому выбросил наши кости
могло ли бы что-нибудь быть
между?

14.11.2018



***

Воздух снова
густеет
темнеет
каменеет
и давит

Тону
в девятом вале опавших платановых листьев
Захлебываюсь
не умея плавать и
лавировать

Разум
доставшийся пространству
в наследство от времени
мельчает
вырождается
выворачивается мехом внутрь
и прячется
в нору самовлюбленной сиюминутности

Всё как всегда

Камни перевалов
сменяются черноземной топкостью низин
Мыши копошатся в шелухе рынков
Неожиданные призраки рыскают по европам
но по-настоящему торжествуют в
последней евразийской империи
Эфирная нефть обволакивает
раковины-барабаны
молотки-наковальни
стремена-удила
и красных безглазых улиток

Рыжий девятый вал
выносит мусор к опутанной
электро-гирляндами и мишурой
мертвой елке

24.11.2018



"Замятинское"

Очередной Фита
возведен под белы рученьки
барыбами одуревшими от вседозволенности

Да царствует во веки веков
на славу Мы
во зло врагам
и во благо Единого государства
Великий Благодетель
наш кукловод удалой
уютно всем благоверным нумерам
под его интегрально-зеленой стеной
и гранитной рукой
прижигающей
жалкие бугорки фантазии

Всё прочее лишь мнится
как ;;1
как силлогизм нелепости
как точка над i
с лучиками-морщинками из уголков

как одна из самых драгоценных щедрот
которые небо изливает на людей

10-11.2018



***

Каждый вдох сегодня —
острая боль аварской стрелы
под левой лопаткой

Выдох —
белесое облачко
навсегда превращающее дулебов в авар
и растворяющееся с ними
в прозрачности прекрасного далёко
не имеющего
ни формы
ни жестокости
просто по определению
которое не запихнёшь в полиэтиленовую сумку
прилагающуюся
к приобретенным товарам

Стрела
и
облачко

1.12.2018



***


Будапештский гальего
на железном коне
твоё место в старой Ламанче
а не над руслами
закопанных заживо рек

Ведь Карфаген пал
не из-за того
что был слабее или беднее Рима
а потому
что его олигархи в страхе потерять власть
в решающий момент предали Ганнибала
и с ним всех своих пунов

Светящиеся во тьме
деревья Адвенты
прекрасны
но Кальвину никогда не попасть в Рай
не смотря на истые аскетизм-благочестие-молитвенность
а гундеть и гундеть в посмертном огне
и не за развал
обнаглевшего разжиревшего папизма
но за то
что заживо сжег
доверившегося Женеве
врача Сервета

Огоньогоньогоньогоньогонь
черно-красный как флаги на Арагонском фронте
как осколок снаряда летящий над шоссе под Уэской
в веселого венгерского гусара
выстукивающего на зубах
классические арии

Светящиеся во тьме
деревья Андраши
прекрасны
как и бесплатная абрикосовая домашняя палинка
И в самом центре Будапешта
возвышается греко-испанская Масличная гора
Ученики посапывают во сне сквозь маньеризм
а вдалеке за спиной тускло поблескивают
приближающиеся кирасы

Да минует меня...
Плохо ты с этим справляешься, Джордан

5-7.12.2018



***

6 су и багет
новогодней ротонды
и чмок по щекам — стародавний привет
сквозь фильтры кубизма.

Котурнами фронды
стучится тревога
в еловый паркет.

Не там
бузотеры
кошмарят «Бугатти»,
не там
требушетят бутиков хрусталь…

Укутаны ватой
столетние гати,
и спины-шестёрки
несут пьедестал
имперский,
как рыбные перси и лона,
как вывих извилины,
  колкой от скоб,
    от скреп канцелярского вавилона;
как стогообразный
  бессмертный сугроб.

29.12.2018