Голос сильно обвинял

 

в глубоком, озёрном, грибном путешествии,
где плывущие стены ведут меня в ток,
я начал папин голос слышать —
он меня сильно обвинял.

двери бежали мне навстречу,
дверь за дверью — вот и зал,
вот и кухня, вот и в горле ком,
детский мерзкий — мерзкий дом.

папа, папа, неужели — зря?
не я же выбирал, ну папа…
мама, мама, разве ты позволишь?
что же вы — меня тогда?… ну мама?..

может, денег не было, да,
может, просто пили вы бессовестно.
может, маменька моя устала тогда,
а отец — не справился бы с нами.

может, я был не тем,
не любимым, а тем более не тем, кого ждали?
Не поводом жить, а страхом?
и теперь понимаю — всем
уже поздно что-то спрашивать.


Рецензии