Плагиат

Многие думают, что в искусстве, как в научно-техническом прогрессе, важно быть первым. Если ты первым сочинил мелодию или придумал историю, значит ты молодец. А если ты ту же историю рассказываешь по-своему или по-своему играешь ту же мелодию, такие люди, путающие искусство с научно-техническим прогрессом, начинают говорить: «Ага, плагиат!». И при этом очень собою довольны – во-первых, тем, что тоже сделали в своём роде маленькое «открытие», а во-вторых – потому что людям, увы, нравится, осуждать других

В подавляющем большинстве случаев такие обвинения в плагиате происходят от непонимания природы искусства. В искусстве, в литературе, в музыке ценно не то, что «ново», а то, что хорошо. Понимаете? Не новизна ценна («Такого ещё не было!») а «качество» («Ух ты, как здорово!»). Люди плохо помнят имя Артура Брука, который переписал новеллу Маттео Банделло о двух влюблённых (а тот в свою очередь переписал её у Луиджи да Порто, переписавшего её у Мазуччо Салернитано), зато люди помнят имя Вильяма Шекспира – «всего лишь» переделавшего поэму Брука в пьесу для театра. Потому что Шекспир сделал это здорово! (Речь о «Ромео и Джульетте». Все авторы этой истории с трудом поместились бы на знаменитом «балконе Джульетты» в итальянской Вероне!)

«Плагиат» (то есть воровство) бывает только там, где есть скрытность, обман и где замешаны деньги (точнее, «собственность»). «Собственность» – начало несправедливости... Но об этом уж точно в другой раз.