Я собрала в своём видении немного тёрна

Что, если всё не так, как осень нашептала клёнам,
И птицы обманулись небом как в последний раз?
Я в потускневших фресках и на выцветших иконах
Искала знак неявного согласия сбежать

Туда, где горы промерзают до пещерной кельи,
Где сталактиты — полчища погашенных свечей,
Где козы щиплют монастырский мох и вяло блеют,
С копыт сбивая тихий, посланный на землю снег.

Я видела сквозь дымку благовоний холм с обрывом,
Сову, терзающую зайца, оголтелых лис.
Не видела людей, и оттого спокойней было
Предчувствие ещё одной безрадостной зимы.

Я собрала в своём видении немного тёрна
С ветвей в оковах инея кладбищенских коряг.
Я там искала тишину и свет душе крамольной,
А находила то, что даже птицы не едят.

Я угощала ветер исповедной речью вкратце.
Он от моих подробностей бы сделался сырым.
Потом покровская свеча вдруг обожгла мне пальцы,
И всё развеялось, как из кадила в храме дым.

И не сбежать мне, значит, в монастырь, где лисьи своры
Хвостами заметают в осень свежие следы,
Где белый снег невинных пожеланий не оспорит
С холма касаться облаков и ближе к Богу быть.