Одуванчики и рефлексирующий символизм

Одуванчик — это маленькое солнце.

Знакомо, правда? Не помню, кто сказал. А, может, и не говорил никто вовсе. Знаете, люблю это время, когда по весне все зелёные поверхности мистическим ночным способом превращаются в жёлтые. Вообще-то, мой любимый цвет — зелёный, но после него, непременно, жёлтый. И вот, ты идёшь среди этого жёлто-зелёного очаровательного безобразия, и улыбаешься. Да и много ли человеку надо?

Одуванчик — это маленькое солнце, н-да.
Я в детстве очень любил собирать одуванчики. Да и кто не любил, спросите вы? Конечно, плели венки, приносили домой, пачкали руки в одуванчиковом соке. В шутку называли его "молоком". У всех, наверное, были свои одуванчиковые традиции. Поначалу, бывало, сорвешь один, а он какой-то не такой, некрасивый. Бросишь и за новым в погоню, ну, где он? Твое идеальное маленькое солнце? Вспотел уже немного, но все ищешь, придирчиво выбирая помясистее, да пожирнее. Чтоб и цвет был что надо, и стебель. И чтоб глаза радовал, бог его знает, по каким критериям один цветок проходил, а другой оглушительно проваливал вступительные экзамены в институт благородного соцветия.

Иногда мы дурачились и дрались самыми крепкими и длинными одуванчиками, как будто это были маленькие мечи. Побеждал тот, у кого цветок выдерживал наибольшее количество ударов не сломавшись и, по возможности, не утратив своей жёлтой крутизны. А иногда мы рвали их просто так, потому что дети крайне глупые создания.

Став постарше, я раз-другой приносил по привычке маме несколько миниатюрных жёлтых звёздочек. Бывало, идёшь уставший, возвращаешься домой, видишь - вот он, твой идеальный одуванчик, надо сорвать! Наклоняешься и рвешь, а потом думаешь, ну, один как-то нехорошо, надо, чтобы хотя бы три, пять, десять... И снова, не остановишься, пока не нарвешь достаточно, попутно выбросив несколько неугодных.

Предчувствуя скорый сердечный приступ у веганов, перехожу к главному.
Пришла мне как-то в голову мысль, что люди, в большинстве своем, похожи на одуванчики. Кто-то высокий, кто-то низкий. У кого-то сто пятьдесят маленьких листочков, а у кого-то только сто пятнадцать. Но все они по умолчанию красивые. А потом приходит кто-то, срывает, сравнивает с одним ему ведомым идеалом и выбрасывает. Да-да, выбрасывает. Спросите себя, сколько жёлтых их собратьев полегло прежде, чем вы принесли домой связку тех самых? Так как оказаться в том малом количестве цветов, которых берут домой? Как оказаться достаточно жёлтым и красивым? Сколько из нас окажутся выброшены безжалостным цензором? А скольких сорвали потехи ради? Просто потому, что это весело, один, другой, третий, жёлтый калейдоскоп!

Я никогда не задумывался, а что происходит с теми одуванчиками, что оказались выброшенными. Да ничего особенного. Им просто сломали жизнь.

А ещё, знаете, мне всегда было ужасно обидно, когда они только-только расцветут, придут добрые дяди Джамшуды и своими косилками постригут всё к чертям. Траву, цветы, все. В этом ведь тоже есть что-то символическое, правда?
И вот уже двор какой-то не такой, да и ты в душе взрослее. Год прошел на твоих глазах, а до следующего мая ещё двенадцать месяцев ждать.

С тех пор я не рву одуванчики просто так. Для меня – они все маленькие солнца.