черно-белый строй

меня не трогал палец много лет,
я сплю в строю белых и черных клавиш
и только пыль на них ложится, как сонет
забившись в трещины моей октавы

когда-то в зале гул стоял живой,
и я звенела в связке с остальными.
теперь - молчу, закованная в строй,
и сны мои становятся немыми.

я помню зал, дыханье и слова,
и скрип педалей под подошвой примы
мне кажется, тогда была молва
что после смерти с ним уложат пианино

теперь лишь сквозняки стучат в окно,
время ложится тонкою вуалью.
я жду того, кому не всё равно,
того, кто тронет звук в заброшенном квартале.

и если вдруг найдётся та рука,
я оживу в согласии простом.
пусть даже ночь темна и глубока —
мой голос снова станет светлым сном.

я знаю: всё, что прожито - не зря,
и даже в тишине храню свой след.
когда-нибудь, в обычный день, с утра
я зазвучать сумею вновь в ответ.

и в этот миг весь мир вздохнёт, как прежде,
разбудит стены давний мой аккорд.
и я пойму: надежда в каждой нежной
живёт руке, что оживит мой взор.

когда мне Бог назначит свой финал,
я всё равно останусь в чьей-то песне.
ведь тот, кто хоть однажды в жизни ждал,
услышит звук мой в тишине небесной.