Мы и Литература... с любовью к Эстонии

Моей Маме
Дазмире Васильевне Орловой
и стране Эстонии
с Любовью и Нежностью,
посвящаю

***

Мы, как читатели...

Мне повезло. Как читатель, я "пришёл в литературу" ещё в дошкольном возрасте. И до сих пор помню книгу, первую книгу, которую прочёл лёжа на диване, подперев голову правой рукой. Книга была про эстонскую девочку с обычного сельского хутора, помню иллюстрации из этой книги: розовощёкая девочка с соломенными волосами (тогда слово "блондинка" мне было ещё незнакомо). Сюжет был незамысловатый: девочка помогала маме на ферме, занималась на кухне, убирала двор... Автора не помню, но то, что он был эстонец - это точно.
Может быть здесь источник моей любви к Эстонии, как к отдельному Миру, не похожему на Наш Русский Мир. Эстонский Мир - сдержанный, немногословный, скрытный. Язык непонятный, интонации, которого при пародировании так популярны у нас, русских. Интересно, а как эстонцы пародируют русских или они выше "этого". У нас всё иначе: любим так, что об этом слышно в Патагонии, в местных пампасах (это на карте мира налево наискосок вниз, в Южной Америке...), а, если уж мы ненавидим - льды Арктики начинают ускоренно таять, а Гренландия зеленеть...

Конечно, в этом источнике любви к Эстонии есть и влияние моей Мамы Дазмиры Васильевны Орловой, многие годы курировавшей, знавшей и любившей Эстонию. Мама многие годы работала в Совете по изучению производительных сил при Госплане СССР. Много ездила по Эстонии, многих эстонцев знала и дружила с ними, с их семьями, и я знаю, что эта любовь и дружба были искренни и взаимны.

Бывая в командировках в Эстонии, Мама звонила мне домой в Москву и говорила: "Приезжай, погуляем по Таллину...". Я садился в поезд на Ленинградском вокзале и приезжал. Мама встречала меня на вокзале в Таллине, мы ехали в гостиницу ЦК Компартии Эстонии, кстати, очень уютное место. Потом шли по Таллину и Мама проводила для меня персональную экскурсию, начиная от Ратушной площади, где на втором круге обхода вокруг таллинской Ратуши встречным людям можно было говорить:"Тэрэ. Тэрэ пева!" ("Здравствуйте", "Добрый день!"), потому что вы уже виделись на первом круге и, встретившись вновь, не поздороваться было бы просто невежливо, заканчивая рассказом о доме "черноголовых" (эстонская экзотика).

Однажды в феврале 1978 года, когда я в очередной раз был в Таллине, там в это время открывали памятник эстонскому писателю Антону Хансену Таммсааре - у нас Михаилу Александровичу Шолохову, нобелевскому лауреату в области Литературы, когда открывали Его памятник на Гоголевском бульваре в Москве, "шуму" было меньше, чем у классика эстонской литературы... Так бывает.

А гениальный эстонский шахматист Пауль Керес, который четырежды был победителем в турнирах "претендентов" на право играть с Чемпионом мира по шахматам, но так и не сыгравший с Великим Маэстро шахмат Чемпионом Мира Александром Александровичем Алёхиным, потому что началась Вторая мировая война (для них на Западе) и Великая Отечественная война для нас в СССР. Я был на могиле Пауля Кереса на Лесном кладбище недалеко от Таллина. Простой серый камень, имя, фамилия, годы жизни, ограды нет, песок и сосны.

Говорят, иногда летом на Лесном кладбище, на могилах, эстонцы вечерами зажигают свечи и всё кладбище "оживает" - каждая свеча, как душа ушедшего от нас Человека, мерцает, колеблется, живёт. Напоминает каждому о бренности и Вечности нашей жизни. А вокруг сосны, тропинки, всё аккуратно ухожено, как будто та самая эстонская девочка из моей первой книги, повзрослев, прибрала "неопрятность" и зажгла эти поминальные свечи...

И только ветер с залива приносит прохладный влажный солёный балтийский запах моря, а пряный аромат сосновой смолы, разогретой солнышком за уже попрощавшийся с нами тёплый летний день, кружит голову и напоминает о Поречье под Звенигородом, там, где в верховьях Москвы-реки есть обрыв Любви - рыжий песочный сорокаметровый обрыв с ласточкиными гнёздами-пещерками и громадами сосен-великанов с янтарного цвета пятидесятиметровыми стволами и зелёными пучками игл, вцепившимися своими причудливыми сказочными корнями в самый край обрыва и выглаживающими изумрудом крон синее-синее безоблачное подмосковное небо... Домой хочу... Домой!

До свидания, девочка Эстония... И не ссорься с соседями! Особенно с теми, кто Тебя любит...

В Москву, в Москву, в Москву!      

***
 
Мы, как писатели...

Наверное, Литература - это что-то необыкновенное... И надо, входя в Литературу, прежде всего, спросить у Неё: "А я Тебе нужен? Возьмёшь ли Ты меня к Себе, с Собой? Примешь ли Ты меня в Свой круг? Достоин ли я того, чтобы выражая Словами свои мысли, создавая образы, как картины, я не разочаровался бы от прочитанного?".

За перо надо браться только тогда, когда точно уверен, что все иные способы: холст, кисть и краски, глина и резец, музыкальный инструмент и другие виды Искусства, - не смогут выразить все твои авторские мысли и чувства. Хотя, у каждого это, наверное, происходит по-своему...

Тогда, вероятно, и рождаются Твой личный вкус и Твоя мелодия Слова, манера выражения, собственный стиль и Твоя Тема, Твои Герои и Образы, Твой Литературный Мир...


"3" октября 2025 года
Москва - Таллин