Точка отсчета

Давай сбежим. Не из комнат — из скучных тел,
где истины пахнут, как серая плесень.
И, ставя ударение на «Мы», проложим
путь к тому, что зовётся заветным счастьем,
расчистив его от чужих местоимений.

Давай сорвём эти кружева — не запретов,
а просто кружева. И пусть шипят лицемеры,
оскалив азбучные истины, еле слышно.
Соприкоснуться сердцами? Что руками в давке —
и вот, неброско, несмело, начинается новая
глава. Где автор — не он и не она, а грамматика
сегодняшнего дня.

И вот — свободные, как строки без правил.
Мы — два стиха, не вписанных в блокнот.
Мы — две строчки, звучащие вне
пунктуации и самой необходимости в рифме.

В нас — драконы и цветы,
и осколки стен, что мы когда-то принимали за небосвод.
Наши профили не втиснуть в реестры,
как в рамки паспорта.
Нас не найдёшь в газетных столбцах, между строк,
где правда съёжилась до объявлений о пропаже.

Мы — как костёр в чужих снегах, что виден
за тридевять вёрст тому, кто уже замёрз.
Мы — как любовь, вспыхнувшая в эпоху,
где главный террор — это террор банальности.

Вчера — нет. Завтра — нет. Есть только «Мы»
и шаги, что стучат по мостовой, как по клавишам
расстроенного пианино. Время гонит нас, как листы
календаря. Но мы летим — не вниз, а ввысь;
и даже выше — в сторону от оси,
начертанной для падений.

Всё, что было, — в прошлом. Всё, что будет, — в нас.
Твоя любовь — не майский гром. Она — взрыв
тишины, что считала себя вечной. Она не гремит —
она рвёт на части. Она спасла.

Она — дом. Стены не из бетона — из воздуха,
которым ты дышишь.
Она — щит. Она — не счастье даже.
Она — точка.

Давай сбежим — не куда-то, а друг к другу.
Мы — наконец дома.