Странник

Вот и конец настал мне теперь,
Не увидеть мне больше светских манер.
Всё густей и густей кровь в жилах моих,
И мир, что снаружи, резко затих.
Невыносима та боль сломанных рёбер,
Но лучше бы здесь я таки не помер...
Что ж... покидает тело душа,
Кратко пожил я, но не тужа...
Не сожалею о тех прошлых дней,
Но хотел я пожить пару, хоть пару ночей.

— Посмотри на меня, человечье дитя, —
Строго сказало оно, не шутя.
Туманом рассудке, ничего не пойму...
Подумал: привидится мне такое в смертном бреду!
Но тут послышалось вновь:
— Вставай, человек, освобождённый от жизни оков...
Понял тогда: не чувствую тяжести тела,
И вдруг предо мной что-то взлетело...

Смотрели, пронзая взглядом меня,
Шесть белых глаз судного дня.
Оно величаво смотрело на мышь,
Что предстала пред ней в чёрную тишь.
Огляделся тогда, не поняв, что происходит,
Только вокруг ничего и не всходит...
Нет ржи, в которой я погибал,
Нет солдата, что рядом, рядом стоял.
Пустота, ничего меня окружало,
Было лишь существо, что мне сказало:

— Что ж, человек... Скажу тебе сразу:
И не мёртв, и не жив ты то ни разу...
Ты опустил оковы человечьего тела,
Ушёл от границы жизни предела.
От этого тебя ко мне и призвало...
Впрочем... — Вздохнув, существо продолжало:
— Ты солдат, что поклялся верности долгу,
Что отдашь свою жизнь военному полку.

Но понять одного я не могу...
Зачем умирать по приказу, в битве врагу?
Вы существа, что ниже меня,
Глупцы, верящие в лучи судного дня.
Вы такие же звери, как лиса или волк,
Поэтому не могу я взять только в толк.

— Что... — И тут я перебил:
— Какие мы звери? Ты что возомнил?!
Мы создаём города и посёлки,
Придумываем новое, лучше двустволки!
И нас ты называешь зверьми?
А кто ты такой вообще во плоти?!

— Дерзок и глуп, примат-недомерок,
Преподать тебе нужно пару манерок.
Но проявлю я милость к глупцу
И расскажу истину такому смельцу.

Существа, что воистину зовутся всевышними,
Это те, кто понял, что является лишними.
Мы не зависим от голода, жажды,
И не сможем мы сдохнуть, как вы, вдруг однажды.
Мы поняли: нет смысла в барьере из слов,
Как и границы между людских городов.
Отринув животный инстинкт,
Мы смогли вынести верный вердикт.
Тем, кто дарован был разум с мышленьем,
Негоже убиваться своим-то уменьем.
Надо искать, не придумывать ложь,
Если правду искать, то всё ты найдёшь.
И как стать бессмертным, как голод сорвать,
Даже как мир с нуля воссоздать.
Вы же, сражаясь за землю, как звери,
Себе закрываете в будущем двери.
Вы заставляете мир этот страдать,
Вас в стальных клетках нужно держать.
И только тогда, когда дойдёт всё это до смертных,
Только тогда будут чтить их, бессмертных.

Это название высших существ,
Что вы зовёте всевышних божеств.
Я же не смерть и не творец данного мира
И не черный предвестник армий вампира
Я ищу что понять мне не дано
Такова задача от мира сего.
— С усмешкой говорило оно эти слова,
Пока смотрели бездны глаза.

— Вдруг существо ринулось прочь,
Проснулся тогда я в чёрную ночь.
Лежал я в больнице с тяжёлыми ранами,
Погода за окном укрепила буранами.
Но, посмотрев в окно, не поверил я сам:
Мелкая тень была где-то там,
Но чрез секунду исчезло виденье,
Что же было это за проведение?