Лупит град. Хрустят кости.
Кап-кап. Морок, мрак
спускаются с неба и бьются оземь
и в каждом ударе - брак.
И фальшь, с привкусом декаденства.
Упадок культуры! Но враг
нам скажет, что это естественно.
Стук-стук. Кто там? Град лупит по крыше.
За крышей, как за зонтом.
А если мне крышу захочется выше,
я поживу под мостом.
Я жил бы под мостиком! - слабеньким, маленьким,
что выгнулся в цифру восемь.
Но град всё лупит. И бьются кости,
и мост
рушится
оземь.
Собрать ли разбитое? - сделают внуки,
конечно, - сделают, но -
Разбившим - честь! Собравшим - муки!
Пока
не опустятся
руки.
Мне зашло.Это очень целостное и уверенное высказывание. Стихотворение не просто описывает кризис, а формально воплощает его: оно звучит как град, ломается как строки, ставит вопрос и отказывается от утешительного ответа. Финал «Пока не опустятся руки» — не капитуляция, а констатация предела, после которого возможна только тишина. Текст написан кровью, а не чернилами, и оставляет послевкусие стали, морока и того самого «града», который продолжает лупить в сознании читателя.
Мы используем файлы cookie для улучшения работы сайта. Оставаясь на сайте, вы соглашаетесь с условиями использования файлов cookies. Чтобы ознакомиться с Политикой обработки персональных данных и файлов cookie, нажмите здесь.