Старая запись и новая запись

Это, конечно, намного меньше того, что предложили "на вершине Парнаса" сходу, если примешь условия игры. Искушение в пустыне всегда имеет место быть. И, тем не менее...

Всего лишь за год, первый год "выхода на сцену".
Ни копейки на раскрутку/публикации/рецензии/выступления и никакой проституции: ни душой, ни телом; никакой конъюктуры или "современности", "духовности", эпатажа; никакого участия в тусовках, семинарах, никакой дружбы и интима с "нужными" людьми; оставаясь в полнейшем одиночестве, не являясь членом СП или хотя бы какого-то ЛИТО либо творческого объединения. И при этом невозможность выезжать лично на выступления и фестивали, часто выступать. Неумение, нежелание эффектно подать. Отсутствие голоса, грима, сценического костюма...
И в борьбе, отстаивании мировой культуры – в противовес местечковой: мстительной, ограниченной, самодовольной, болезненно самолюбивой, часто невежественной, варящейся в самой себе, рождающей узнаваемые "здесь и сейчас" клише и шаблоны: логово ложных идолов, "голых королей". Библейский сюжет взамен модного мотива. Евангельские притчи вместо фарисейской проповеди. Рильке против Евтушенко. Андрей Тарковский – против Сергея Богдарчука. Или, если уж договаривать – против Пырьева!))
(Но у меня, как у всякой Золушки, чудесным образом появился проводник, точнее, проводница, Добрая Фея – спасибо ей.
Чтобы в творческом мире, где человек человеку Сальери, один помог, подсказал другому – да без всякой задней мысли...)
Не все потеряно в мире поэзии.
Стихи еще где-то читают. "Невзирая на лица".
Поэзия – попытка бессмертия, живое Слово прежде всего, а не пикники с обнимашками, не "чёс" по мероприятиям, не обслуживание чьих-то интересов, не дополнение к сытости, не профессиональная деятельность, не приложение к социальным ролевым играм, не "проект" и не презентация, не мелодекламация, не филологическая эквилибристика, не гурманство (отвратительно желание смаковать поэзию, как блюдо в ресторане), не пьянка в коммунальной квартире (свальный грех прилагается: мы, дескать, богема), не косплей, не самолюбование в великокняжеском дворце (мы, мол, элита), не хобби или клуб по интересам, не танцы в деревенском клубе, не срочный выпуск местной газеты, не митинг на площади, не...

И – ничего! – от "родного" Петербурга. Хотя... Как это, ничего? Непристойные предложения и грубая лесть, оскорбления и угрозы на "высшем уровне". И, итогом – "Ты не наша!!! Нет у нас такого поэта!"

*** Кстати, интересный момент: так было всегда, во всех областях жизни: "Нет у нас такой ученицы", "Нет у нас такой студентки", "Нет у нас никакой дочери", "Не было у нас с ней ничего", "Нет у нас такого работника", "Не были мы женаты, не помню такую..."
Мы, мы настоящие хозяева жизни, ситуации, профессии, семьи, города, мы поэты, мы профессионалы, мы экскурсоводы, мы краеведы, мы красавицы, мы герои, мы интеллектуалы, а ее нет, нет и не было, она никто, не пускайте ее на сцену, в семью, не берите на эту должность, не зовите ее в наши ряды, не давайте ей ничего, ни премии, ни повышения (что там премия; на бывшей работе женщины у меня на общей кухне чайник отнимали первое время: "Ей - нечего чаи из НАШЕГО чайника пить! Спасибо, что разрешили одним воздухом дышать...), недостойна, не может быть, что отличница, что профессионал, что Университет, что талант, что хороша хоть в чем-то, что чего-то там понимает или чего-то стоит: на заднем дворе ее место, нечего Золушку пускать на бал – иначе беда нам....!"
Инстинктивно защищаются, значит, есть, от чего.

Расстраивает ли это меня? Конечно.
Научило ли ходить по окраине, в одиночестве, с алой буквой на груди? Да, и это тоже.

Но... А что нужно Золушке? С чего они решили, что  все то же самое, что им? Что она станет бороться за чайник на корпоративной кухне?

)
***
И новая запись:

Вот какая откровенность! Ну, вот оно, коронное: была бы сговорчивее, была бы на пьедестале! С этого же они и начинали:"Будут на Вас ходить, как на Мону Лизу, если согласитесь".
Вот так "искушение в пустыне и выглядит".
Была бы знаменита, как негодяй и стукач Евтушенко или развратница Ахмадуллина...оба бездари, ныне забытые.
Вот их "герои". Пантеон... "Великий поэт Мякишев".
Ну, Бродский-то как сюда попал? Он же как раз "с характером"...)

А, главное, сами-то они что-то ни Нобелевки, ни славы, ничего, кроме пьянки и свального греха в "поэтическом клубе".
Слава сомнительная.

Судя по намекам, "если Мерзляев что будет предлагать, соглашайтесь, не кочевряжьтесь": предложение до сих пор в силе... стихи-то "божественные", а "пьедестала" нет!
Ну, не знаю, и без греха и без продажности: на "45-ой параллели" опубликовали (пустили в "пантеон" поэтический), премии за год – все честные...   а "чесать" по фестивалям и выступлениям, пьянкам и шабашам тем более – ни возможности, ни смысла и желания. Стихи же не для "тусовки" пишутся. И не для "славы".

Да и не всем "слава" нужна...
Честь дороже.)

Какая же мерзость. Как и "поэзия ихняя".