Между ангелом и бесом

Бывший капитан попал в немилость.

Он попал на Судных дней престол,

И господь сказал: "лишь сам решит он,

Пусть он сам решит, где он рожден."


Да, не верить в бога было глупо,

Всё, что узнавал в пути земном,

Но не замечал борьбы Архангел с бесом,

За душу его вскрывали кровь.


Демон рисовал семь кругов ада,

Всё твердил: "останешься ты там,

Грешен, и душа твоя помада

Будет по размазанным губам."


Демон говорил, всё говорил

Капитану про ГУЛАГ и смерти,

Атеизм СССР хваля,

Говорил, что "рай вам и не светит"


Капитан, сжимая зубы,

Промолчал пред бесом,

Он всегда гнет линию свою,

Подвергая душу стрессу.


И подумал капитан тогда,

"Может, нет ни рая, ни ада,

А лишь ненависть и злость

Порождает души без возврата."


Всё раскаиваешь, ждешь

Отпущение грехов и света,

Ну а смерть — лишь пустота, небытие,

"Где искать ответа?"


И спросил он падшего тогда:

"А когда ж небесный суд?

И куда вы денетесь тогда

В день тот страшного суда?"


И застыл весь демон, как металл,

И в глазах лишь пустота,

Ну и капитан сказал:

"Думаете, господа рука

Не дотянется до вас тогда?"


Вы такие грешники, как мы,

Может, и похуже будет.

Демон зарычал сказав:

"Я вернусь к престолу в небеса,

По пророчеству отец простит меня."


Демон всё рисует пытки

И кричит: "пророчество гласит,

Нас отец простит, он милосерден"

И при этом души работит.


Души ненависти полны,

Как их жгли в SS тех лагерях,

Неспокойно, неспокойно,

Ярость не унять.


Вдруг на площадь павших душ

Вышел Цадкиэль небесных линий,

Архангел милосердия и глаз

Голубых небесных лилий.


"Здравствуй, мой Мархосиас родной,

Ты маркиз всех легионов ада,

Заключил контракт с душой,

Я пришел спасти от ада."


"Что ты тут забыл, архангел милость?"

Задавал вопрос марких из преисподней,

"А меня отец послал с посланьем,

Души, души маются не в силах"


"Слишком поздно, души не вернуть"

Говорил Мархосиас бессмертный,

"К раскаянью им не повернуть,

Ненависти полные забвенья."


Ясным взором озарив,

Небеса, сказал архангел,

"Там любую душу

Наш отец простит,

Было бы в душе той покаянье."


"Ведь контракт", взревел маркиз,

"Обрекает душу на гиену",

Нет, сказал посланец, ты окстись,

"Я архангел милосердия"


"Вижу, дело далеко зашло,

Вы не веровали в бога,

Заключать контракты,

Меня всё касается,

И каждая душа

Будет прощена в обход контракта,"


"Помни, капитан, твоя душа

Только лишь твоя", твердил архангел,

"И любую душу бог простит,

Повторяю, было б покаянье."


"Где тебе понять мораль

О раскаянии, падший,

Нет ограничений для прошенья,"

Говорил архангел покаянья.


"Где ты видел, простота?"

Говорил маркиз из преисподней,

"Не уверовавший в бога до конца,

Не прошен отцом ни разу в мирозданьи."


"Никакие, никакие здесь контракты

Не способны уничтожить милости отца"

Говорил архангел покаянья,

"Ведь душа бесценна на века."


"И нет радостней вестей

Для отца, чем та душа,

Что погрязла во грехе

И вернулась к свету в небеса"


"И не надо", говорил маркиз,

Нам тут вашу библию читать,

Ведь она написана людьми.


Молвил вновь архангел покаянья,

"Люди слово господа несли,

Библия — слова из мирозданья,

Чистой бестелесной простоты."


"Тысячи здесь душ погрязли в гневе,

Я пришел им путь ко свету указать,

Но и душу капитана

Не могу тебе, Мархосиас, отдать."


"Кто тебя просил, святая простота,

Здесь являться и вершить дела"

Говорил мархосиас, шипя слова.


"А меня не надо и просить"

Говорил архангел, голосом звеня,

"Ты лишь помогаешь по контракту,

Требуя взамен отдать себя,

А я — милосердие без зова.

Путь к прошению открыт,

Ты покайся, и отец простит"