Больше не проститься

Тебе так плохо, потому что без меня.
И эта истина простая неизбежна.
Всё грубо в глубине тебя тесня',
застряли дни корягою внутри.
Автобусы. Ночной Москвы огни.
И город топит горе без надежды.
Но только посмотри,
один короткий миг.
Он очень страшен, понимаю.

Я знаю,
слишком много о тебе я знаю.
Мне кажется, и расшиби я лоб,
воспоминания не притупятся
и по моей же воле - не уйдут,
куда б меня ни занесло.
Я голубем метнусь, чтобы разбиться,
глупой птицей,
Всем мудростям людских планет - назло.

"Привет", "пока", "прощай"...
Мелькают лица.
Торчишь на кухне, чувствуя меня.
Но я повсюду.
О'блаком моим окутана твоя судьба.
И запахом - последние минуты.
Стою разута
на холодных досках этих дней.

Из солнечного города бежав,
ты пел о ней,
но получилось - обо мне как будто.
Просил уйти ее, но я ушла.
Смелей.
Скорее закопайся снова,
по треску клавиш - переубеди основы.
Все так обыденно.
Как будто не впервой -
назвать интрижкой здесь рождённую любовь,
и все расставить по углам неловким,
дать острой пустоте прийти в мой дом
твоим путём.
Или того горче'е -
тебя впустить сюда, в ответ ни слова.
Но всюду - ты, и вечером, и днём,
на лавочке и на кровати.
Знать, что не хочешь рядом быть,
но чувствовать, что ты - предатель.
Поскольку здесь, сейчас, всегда и вопреки...

Я ухожу, но дни лишь горячее.
Хоть каждая минута, - льдом дымится.
Нам не проститься.
Мы слишком верим и совсем не верим.
Нам больше не проститься.
Полночь бьют.
Мне проще этот мир врубить на "mute",
чем выдохнуть нелепую потерю.
Или хотя бы углекислый газ.
Не в этот раз.
И больше не очеловечить зверя.

Но - хоть на свете никогда не будет "нас", -
одно я знаю совершенно точно.
Пусть "нас" и не было,
ни днём, ни ночью.
И тем ни менее: никто и никогда
тебя так больше не полюбит,
откуда ты ни убегай,
к каким ни прикасайся судьбам.
Но, может, этому ты рад...