Звуки осени

  Скрип, скрип, скрип. Скрипит потёртая до блеска многими штанами и праздным временем провождения, качеля. Заметьте, после трудов праведных! Туда - сюда...  Имеем право... А в голове недавний монолог женщины... с самым настоящим капитанским рупором, возможно стоящей на мостике. А вдруг она капитан? Или стоящей у трапа отходящего катера "Константин Паустовский" (А вдруг она матрос?) В темноте её не видно, но слышно хорошо:
 —  Теплоход (название) отходит в музыкальный рейс до замка "Ласточкино гнездо" . Уходим в чарующую темноту... Чтобы насладиться огнями ночной Ялты. А самое главное, что пассажиров будут сопровождать живые, чарующие звуки саксофона и танцы (по желанию)...
  А не тот ли это саксофонист, с которым мы нечаянно разошлись, буквально лицом к лицу? Выйдя на набережную (ещё с полчаса назад), постояв в минутном замешательстве "куда же пойти" и услышав знакомые нотки "сакса" , повернули влево. Хотя справа завораживающе пела труба.

Смеркалось.
Но мы-таки дошли до "нашего уличного музыканта", который уже сворачивал инструмент... Всё хорошее имеет свойство заканчиваться, и мы легли на обратный курс... А потом было объявление на причале и стало понятно, что именно он, не первый раз приглашаемый на борт судна, очень важная персона, без которого в темноте, как без локатара, как сказал бы вам любой капитан... Чуть было не поддавшись на зазывную рекламу, и удостоверившись, что "нельзя объять необъятное", решили остановиться на "трубе". И утонули, и растворились,  и, даже по-пенсионерски поделились стами рублями, памятуя, что любой труд должен быть оплачен. Как же самозабвенно он играл! А с моря ему в унисон подпевал саксофон из проходящего мимо нас теплохода. И красный огонь ялтинского маяка, как будто отсекающий огни города от чёрной густой темени моря, упирался в парапет, на котором сидели мы. И аплодисменты. А потом... Уже и не помню, как мы на негнущихся ногах оказались на качели нашей такой уютной "Аленмари"...