вне закона

Сентябрьская навязчивость в умах
осела и становится избитей
крылатых слов - откуда этот взмах
в канун ежевечерних чаепитий
за столиком, где каждый о своём,
где двое рядом, только не вдвоём,
друг друга объявляют вне закона.
Так тихо, даже муха не зудит,
но каждый тут знаток и эрудит,
а мнение кондово и посконно.
Слова теряют смысл, висят в дыму
табачном, разъедающем и сизом.
А тот, кто сторож сердцу своему,
не будет разражаться экзерсисом
о том, что чай остыл, а осень врёт,
что в это время всё наоборот,
что доводы смешны - одна стыдоба.
Опять под вечер дождь, пустеет чат,
они по обе стороны молчат
и пьют остывший чай, и курят оба.

***

Немного - и посыплется камыш,
когда к нулю прижмётся столбик ртути.
Не спишь и с перепою не шумишь,
бормочешь - квартиранты, квартируйте
в сознании, за место уплатив.
Уже не тараканы, знать бы, кто там...
А в голосе звучит императив,
настроенный по внутренним частотам -
посыпался помалу, полетел
вдоль сонного лимана жёлтой ватой!
Прощальный выдох камышиных тел
над осенью, ни в чём не виноватой.

***

Под городом есть метрополитен,
прохожие, почувствовав ногами,
как дрожь ползёт, цепляясь, до колен,
замедлятся в квартальном оригами,
которое строители сомнут -
подземка прирастает новой веткой.
А время - экономией минут
ненужной, постаревшей, даже ветхой,
как давний сериал тревожных лет,
в котором непонятно сколько серий.
И дождь, и долгий взгляд кому-то вслед,
последней каплей счастья в жизни серой.
Но серой ли? Осенняя хандра
записана давно в сценарий данный,
и завтра будет лучше, чем вчера
в цепочке повседневных ожиданий.