Камыш молодой
я девчонкой счастливой росла,
но вдруг мать умерла
и женился отец на другой.
Только смерть и к нему
на лапах медвежьих пришла.
Стала я сиротой
и обузой для мачехи злой.
А в лугах разливалась печалью пастушья свирель.
Ветер нёс над водой
звук мелодии той,
понятной без слов.
И качала волной
река,
словно мать колыбель,
камыш молодой
под неё
у своих берегов.
Меня не взлюбила,
сжить со света мечтала она.
В чёрном теле держала, приживалкой никчёмной звала.
Лишь отрада одна
в жизни мне беспросветной была -
песни петь, только в них, хоть на миг,
я забыться могла.
А в лугах разливалась печалью пастушья свирель.
Ветер нёс над водой
звук мелодии той,
понятной без слов.
И качала волной
река,
словно мать колыбель,
камыш молодой
под неё
у своих берегов.
Я пела и в небо
летела на крыльях душа,
но однажды сломалась
под градом ударов она.
Вместе с русой косой
горела в огне очага
и, пеплом покрывшись, смолистым комком замерла.
А в лугах разливалась печалью пастушья свирель.
Ветер нёс над водой
звук мелодии той,
понятной без слов.
И качала волной
река,
словно мать колыбель,
камыш молодой
под неё
у своих берегов.
Ранним утром я в лес
к старой ведьме ушла.
Там бессмертия зелье
из рук колдовских приняла
и соком по жилам
к листве от корней потекла,
в растущих побегах,
зелёным ковром, камыша.
А в лугах разливалась печалью пастушья свирель.
Ветер нёс над водой
звук мелодии той,
понятной без слов.
И качала волной
река,
словно мать колыбель,
камыш молодой
под неё
у своих берегов.
Свидетельство о публикации №125092202335