Может быть так, что не веря молве
где-то по горло, а чаще по пояс,
с грустью отчаянной в мокрой траве
листьями ляжет сгоревшая повесть.
Что же потом? Скажешь: снег и ноябрь.
Знаю одно, что вернуться обратно
призраком может летучий корабль,
что угодил под шторма безвозвратно.
В красные трюмы упали вдвоём,
осень, ты нас одурманила светом.
Клён, леденея, кричал: Не дойдём! —
только не знали мы даже об этом.
Снежный покров где-то в марте сойдёт,
знаю, что лёд до конца завальцует,
и никогда нас никто не найдёт:
осенью слитых в одном поцелуе.
Свидетельство о публикации №125091906311