Крик души дочери Зевеса

(стр рук 150)

Открыв врата к корням великих знаний.
Рыжик мгновенно во внутрь забежал.
Оставив моей совести, терзанья.
Другого я от Белки, и не ждал!

А Вяз, закрыв врата, лишь воздыхал глубоко.
Пушистой кроною, слегка меня взбодрил.
Стоял могущественный, мудрый, и высокий.
Дарил энергию, света небесных сил!

Не уж то мудрость, в молчании таиться?
Но если так, мы не узнали б никогда,
Великих мыслей старцев на страницах.
Кто ж вытащил из них, сокровища тогда?

Смех юноши, Царицы, прервали размышленья.
И голос молодца, словно дамоклов меч!
- “Он этот ракурс выбрал, восседая с ленью”
- “За то, какая кружевная речь”


(стр рук 151)

Шепнула Ная, издевки не скрывая,
Простилась с другом, к терему взлетев.
А он махнул рукою, мне выдержки желая.
Исчез! Царица же, возле пруда присев,

В мои глаза задумчиво взглянула,
Но вижу, она смотрит сквозь меня,
Да в пруд волшебный ножки окунула,
И Рыжика в округе, не найдя,

Зевеса дочь, о чем-то размышляла.
Наверно о Пегасе, а может об отце?
Иль горечь от предательства терзала.
Иль ярость тихая, в задумчивом лице,

Просила Нимфу насладиться местью.
За то, что все века, в семье, во лжи живет!
Что Зевс давно договорился с Лестью,
Она боготворит его, тебе ж веками врет!


(стр рук 152)

И вдруг я понял, что слышу мысли Наи.
- “Не уж то мой отец, мог так меня предать?
Не уж то они все, мне про Пегаса врали?
Чтоб у Слияды были силы от Коня?”

Допустим! Воля сил небесных,
Им позволяет совершить сей грех.
Средь мирозданий, пологих и отвесных,
Моя обида вызвала б, лишь смех.

Но он же мой отец! А мать? Врала? О, Боже!
Пегас молчал, но до сегодняшнего дня.
Не уж то юноша то, был? да быть не может!
А если так! Знать любит он меня?

Знать заколдован, Зевса ворожеей!
Что я за чушь несу, он конь, и наш слуга.
И меня предал, от страсти вожделея.
Я, кроме матери, всем не прощу вранья!

Но если это юноша? И Зевсом заколдован.
Знать он избранник Неба, и Богов.
На лжи, небесный кон, не может быть основан!
За коны вышли, предательства лгунов!”


(стр рук 153)

Ная, не вздрагивала, и в жестах гнев не виден.
Знакомый мне до боли, ее застывший взгляд.
А в глубине его, неверье и обида.
Как смертоносный смерч, как от любимых яд!

Весь принимая с открытою душою
Пьешь все до дна, прощая им грехи.
И не гневишься, а смотришь с добротою.
И просишь небо “Ты души их спаси!”

Вот также у пруда, всех Чистых Вод Царица
Сидела неподвижно, глядя в волшебный пруд.
И тихо молвила: - “Придется примириться!
Отец, семья моя! А может тоже врут?

Да нет же! Нет! Я ж на него похожа!
Но может быть, душа чуть-чуть нежней.
Характеры? Мой малость по пригожей.
И как я вижу, намного и сильней!


(стр рук 154)

- “А коли так, я помолчу пожалуй.
Пегасу и отцу, вопросов не задам,
И ежели Пегас, все же, достойный малый.
Даа! не хватало только зтих драм!”

И эта ярость вскружила в пруду воды,
Бездонною воронкой Наю подхватив,
Мне показала гнев ее природы
Все закоулки души Царицы скрыв!

И смерч утих, Наяду стало видно.
Она все также сидела у пруда!
И смех надрывистый шептал: - “За вас обидно!
Или вас лгать заставила беда?

А если так, то лишь Пегас мне скажет!
Ведь он хотел, что-то еще сказать!
И несомненно отец его накажет
Значит Зевесу нужно,  дать понять,


(стр рук 155)

- “Что я поверила, без всякого сомненья,
В то, что Пегас, с Олимпа трав поел.
И тем нарушил, Зевесово веленье.
Да и со мною перешел предел!”

И аккуратно вырвав, свой волосок пшеничный.
Взлетела к терему, открыла настежь дверь.
Позвав Голубку, молвила: - “Зевесу лично.
Ты поняла Голубушка? Так что лети теперь”

И птица верная, забрав Наяды волос
Исчезла вмиг, лишь лучезарный свет.
Как колокольный звон, Наи, печальный голос.
- “За что мне это? Мама! Дай ответ!”

Бессильною волной, упала на земь,
Прильнула к травам, уткнулась носом в мох.
Ее листвой укрыл, стесняющийся Ясень.
И голос Геи: - “Он сделал так как смог!”


(стр рук 156)

- “Так это правда, что муж мой заколдован?
Отцом - предателем, насильником, лгуном!
Ведь юноша, мне Небом был дарован.
И вот окутан, ворожеи сном!”

Мать крепко травами дочурку обнимала.
А Нае силы возвращали, Ясень, мох.
- “Пегаса подлость, значит отца забава?
Но юноша! Мой суженный! Как мог?”

Мать еще крепче обнимала Наю!
Все больше сил давали, Ясень мох
А Гея выдохнув, промолвила: - “Я знаю!
То дух любви к тебе, ему помог!

Отца конечно же винить, ты в праве.
Но помни также, о зловещих колдунах.
Охотясь за тобой, всей силой черной лавы.
Одержат верх. То править им в веках!”


(стр рук 157)

- “Ты размышляй, за что, друзья, подруги.
Тебя не медля, простив за все грехи,
Распространяли о тебе другие слухи.
Ведь колдуны и демоны, бесстрашны и лихи!

Им силы придает, людское безразличье
Да! Ты ж забыла! Ведь рыбки ! не народ.
Вернулась в дом! Тогда неси величье!
Друзья, и Русь Великая! Твоих поступков ждет!

А личные проблемы, на лад настроишь позже.
Зевс не узнает, что ты все поняла!
Так что крепись, иль будет всем дороже!”
И выдохнув, мать дочку подняла.

- “Слияда, дочь твоя! Великое творенье!
Ведь этот молодец, любил тебя с тех дней,
Когда еще был юношей, то принял сам решенье.
В узде держа Зевесовых Коней.


(стр рук 158)

Чтоб не случилось в его бессмертной жизни,
Поклялся, будет верен Царице Чистых Вод!
Да! Зевс использовал его любовь к отчизне.
Но есть Слияда! Она! Всех нас, оплот!
Так что молчи. Конем пусть поживет!”

Ясень поднялся, тряхнув своей листвою.
А юный мох, под ступни лег ковром.
И шепот Геи: - “Он не виновен пред тобою!
Лишь дочь твоя способна с колдуном,

Сразиться уже завтра, коль свет того желает.
Она одна способна устоять,
И ежели Слияда, мыслью пожелает!
То они сами начнут друг друга жрать!

Ведь вы с друзьями об этом говорили”
- “Мама! О чем? Да что ж  все лгут вокруг!
Вы все давно, все за меня решили!
Из любящих сердец, творите верных слуг!”


(стр рук 159)

- “Так что я есть для всех? Лишь чрево достиженья,
Безумных комбинаций порочного отца?
Скажи мне, мама! Иль ты того же мненья?
Ответь родимая! Иль не видать конца,

Решениям родителей, во славу и спасенье!
Лишать детей своих, и счастья и любви!
Вам все равно! Иль в чешуе иль в опереньи!
Мы волю вашу исполнять должны!”

Я чуть не обмер, от этих слов Царицы!
Земля вдруг замерла, замерз волшебный пруд!
И мать шепнула: - “Ты можешь примириться?
С тем доченька, что для спасенья врут!”


(стр рук 160)

- “Мама! А я?” Земля дышала равно.
И пруд таинственный, вновь воды закружил,
Как вижу Рыжик рядом, слегка ошеломленный.
- “Я слышал все! Даа! Зева натворил!

А я как Леший! Молчать, мое призванье!
Дарованное притчей о лесах.
Но как же Ная переживет страданье?”
- “О том графит расскажет на листах.”

Тихо ответил я, представив, что Наяда,
Могла бы в юности, любовь свою обнять.
Но Зевс! Есть Зевс! Он сам настройщик лада!
Никто не смог ему, в том помешать.

Все понимали значение Слияды.
И ты Наяда - Героиня - Мать!


(стр рук 161)

- “И дочь несчастная, познавшая печали,
От лжи родительской, то для Богов не грех.
Ведь для великой цели, дочурку предавали,
Тем испытаниям, что дали им успех!

Вся иерархия Небес, для нас загадка.
И рассуждать о ней, не изучив корней...
Одно лишь вижу, живется, им не сладко!
Коль так способны предавать детей!”

Увидев Белки взгляд, почувствовал что слишком.
Что слишком много, я подумал вслух.
Что нужно помолчать, чтоб не сказать с излишком.
Во избежанье Мельпомены оплеух!

- “С излишком значит?” в испуге Рыжик молвил.
Хвостом трясущимся, закрыл мне быстро рот.
- “Ты еще в детстве эту чашу переполнил.
Иль скажешь, что Медовый тоже врет?”


(стр рук 162)

И в этот миг, Наяда нас позвала.
Спросила Рыжика: - “Вяз! Много рассказал?
А другу дай дышать, ведь это лишь начало!
А папа, жезлом, рот мне прикрывал.

Клянясь в любви и преданности, желая только счастья.
Великих целей, и лихих побед!
Что будет рядышком, в любом ненастьи.
И даст дочурке правильный совет!”

Села на травы, Рыжик Наяду обнял.
Царица пристально смотрела на меня
И с грустью молвила: - “И как ты друг мой! Понял?
Что значат для Зевеса, дети и семья?”

- “Ох Ная! Если б ты была девицей,
Рожденная от женщины простой.
То без сомненья, превратилась бы во Львицу.
Увидя, что с детьми, семья творит порой!”


(стр рук 163)

Глубокой боли взгляд смягчился, пал в бессильи.
Ладонями укрыла затихшую траву.
И еле вымолвила: - “Любовь живет с насильем!
Значит Богов решенья изменю!”

Невольный смех мой, всполошил Наяду.
Царица встала, слеза ручьем текла.
- “Я смысл истинный верну людскому ладу.
Вот для чего я Слияду родила!”

- “А может прав отец, так поступив со мною?
Хотя беспечность юности, не повод для вранья!
Хотя с такой дочуркой не простою...
Да! Подожду! А то, себя виня,

Я так дойду до оправдания предательств.
Пойму и ложь, и недоверье и порок.
И безнаказанность искусных издевательств.
Ну что ж, родители! Спасибо за урок!”


(стр рук 164)

Последнее, Наяда в мыслях говорила.
С какой-то новою улыбкою взглянув,
С нас, глаз своих уставших не сводила.
А Рыжик подошел к ней, к плечу ее прильнул.

Да молвит ей: - “Наядушка - Царица!
На мать и на отца, ты не гневись.
С Зевсом понятно! Мать, за тебя ж боится.
Когда ее увидишь, в ноги поклонись!

Я еще мал, и многих тайн не знаю.
Но довелось не мало, увидеть мне в пути.
Тебя, чутьем звериным заклинаю!
Ради Слияды, семью свою прости!

Зевес, своим деяньям, придумал оправданье
Он гениев - художников, за мысли обвинил.
В тот миг я видел улыбки Мирозданий.
Они шептали: - “Зевс, поди забыл”


(стр рук 165)

Что он на миллионы лет был старше
Грядущих гениев, кто мрамор обнажив
Даря любви  творения, в своем искусном марше,
И перед Небом, колено преклонив,
Глыбу за глыбой обнажали дальше,
Так кто же, те мотивы им вложил?

Что сделано, то сделано! Царица!
Но видимо опасность велика.
Ты представляй родимая, Зевеса колесницу!
И заколдованного молодца в коня!

Ради любви к тебе, служил Зевесу.
Да! Ты его не знаешь, но может быть сейчас,
Чтобы, таинственности, убрать завесу,
Ты разузнаешь, кого таит Пегас!

И если молодец, тебе вдруг приглянется
Он любит вас! Ответ лишь за тобой.
То жизнь ваша, к счастью повернется.
Взгляни на все, со стороны другой!


(стр рук 166)

Можешь Вероном заменить Пегаса.
Его дар превращений, даст время разузнать,
Кто тебе верен, в обличии Пегаса.
Ты торопись,а мы готовы ждать.

Отец Слияды в Пегаса теле спрятан.
А вдруг его полюбишь, освободи его.
Он за деяние, в твоих глазах, запятнан.
Не медли, шли Верона своего!

И может тогда путь, к твоей любви желанной,
Станет короче, прислушайся к себе!
А то, ты в этой грусти постоянной,
Вся высохнешь, тогда уж быть беде!

Твоя гордыня! Что мать не поделилась,
Решеньем Зевса, сделать порочный шаг.
А если бы она тебе открылась.
Слияды б не было. Отец тебе не враг!


(стр рук 167)

Он лгун, развратник, порой творит такое!
Но Небо Высшее! Смотри! Его хранит!
Слияда родилась хранимая Звездою.
Сам Акинон, ее боготворит!”

-”Даа! Мы с тобой Царица! Поросль молодая.
И просто не желаем стариков понять.
Своей гордыней, себя же обрекаем
На недоверие, и сами станем лгать!”

Наяда думала, над Рыжика словами.
Потом вдруг встрепенулась, волной его взяла.
- “Ты Рыжик, путаешь, границы, с берегами.
Я же им в жизни, ни разу не врала!

А за совет, благодарю покорно.
Гордыня,  не подруга, в этом, Коллоссс ты прав.
Исполнишь мою просьбу? Но беспрекословно.
Сам укротить, то сможешь, твой,юный, лесной нрав?


(стр рук 168)

Мы же с тобою, поросль молодая.
Значит друг другу, будем помогать.
Пегаса заменить Вероном, идея все ж шальная.
Но видимо лишь так смог узнать,
А ты Коллоссс, нас будешь прикрывать?”
Рыжик вдохнул: - “Значит судьба такая.”

Ная на травы, Рыжика спустила
- “Младая поросль? Звучит, как-то смешно.
Сказать по правде, о возрасте забыла.”
- “Да не печалься! Это не грешно!”

Промолвил Рыжик, и нас обеих обнял.
- “Наш друг, вон тоже возраст позабыл.
Я, кажется, печаль твою Царица, понял.”
- “Замолкни Рыжик! Чтоб ты вечно жил!”

В макушку чмокнув, поросль молодую!
Сказала тихо: - “Слушайте тогда!
Задача, Рыжик стоит перед тобою,
Укрыть Зевеса, в тот момент когда,


(стр рук 169)

Верон, к его конюшням подберется
Ты время, апельсином, на миг останови
И он тогда Пегасом обернется.
Всю свою волю, на это призови.

Моей заботой будет, выкрасть отца Слияды.
Но до сих пор, я в толки не возьму.
Зачем же было врать, а вдруг была бы рада.
Да! прошлое, то прошлое! Всё так как есть приму!

А ты, дружище!” и на меня взирая
- “Нас в тереме дождешься, пока мы не придем.
Задача для тебя, довольно не простая
Без слов надеюсь, друг друга мы пойдем!”

- “Без жестов и без мимики! Все для тебя Царица.
В терем зайду, от туда ни ногой.
И в нем поразмышляю, как же могло случиться...”
- “Молчи уж лучше, а то ведь я порой


(стр рук 170)

Задумываюсь тоже, кто это все придумал.
И может не случайно, ты в сказку угодил?
Поверить не хочу, что разум твой удумал.
Взглянуть, на сколько  хватит моих сил?”

Терпеть обиды, оскорбленья, униженья!
Принять насилие, как дар моей семьи!
И может быть, по твоему хотенью,
Должна вот так, любовь свою найти?

Ты размышляй, а мы, мой друг вернемся,
Когда Луна Серфитов, свое лицо явит,
Когда Яхини, и Богаров Солнца,
Нам путь кратчайший, к дому озарит.

Но озарит быть может и твой разум
И памяти твоей, коснется Солнца  луч,
Признайся мне, не жди другого раза.
Не ты ль, в судьбе нагнал мне столько туч?”


(стр рук 171)

- “Не знаю Ная! Надеюсь что не я.
В ваших мирах, сплетения! Порой и я пугаюсь.
Такой фантазии не хватит у меня.
И даже если сильно постараюсь.
Не смел бы мучить, ни парня, ни коня!

Тем более тебя, всех Чистых Вод Царица!
Такие действа, под силу, лишь Богам.
Я лишь на то, способен умудриться,
Что даст мне Небо, разложит по слогам,
И своим светом даст душе напиться.

Так что Наяда, давай простим мы тех…”
- “Довольно друг мой! А жаль что не способен.
А так бы над тобой летал сей грех.
Но еж ли так, то будь сейчас пригоден.
Ты можешь скрыть свой непристойный смех?”

Волной нас подняла, и в терем дверь открыла.
Рыжик от счастья, толь стрекотал, толь выл.
На пол дубовый, бережно ступила.
Я от увиденного, дыханье затаил!