Записки этнографа, найденные в заброшенной юрте

В Иркутском архиве, среди бумаг исчезнувшей экспедиции 1923 года, нашли дневник этнографа Вержбицкого. Последние записи сделаны дрожащей рукой:

17 августа
Нашёл шамана, о котором говорили буряты. Живёт отшельником у Байкала. Согласился показать камлание. Предупредил: "Ты, русский, можешь не вернуться. Твой череп не настроен на наши частоты".

18 августа
Шаман был прав насчёт черепа как инструмента. Но он не знал главного — череп резонирует по-разному в зависимости от места. У Байкала он звучит иначе. Вода озера — это камертон, настраивающий кости.

Шаман объяснил: "Варган — это маленький череп. Металлический язычок — это душа, вибрирующая между зубами бытия. Когда играешь, твой череп становится резонатором для голоса духов".

19 августа
Начало камлания. Шаман имитировал голоса животных, но это не было подражанием. Он становился ими. Видел, как его лицо менялось — морда волка, клюв ворона, пасть медведя. Или это галлюцинация от дыма артыша?

Записал фрагмент его песни (перевод приблизительный):
"Череп — барабан Тенгри,
Позвоночник — лестница в три мира,
Рёбра — струны космической домбры,
На которой играет Смерть".

20 августа
Шаман рассказал: "Есть три смерти. Первая — когда дух покидает тело. Вторая — когда он застревает между мирами. Третья — когда он становится музыкой, на которой играют другие духи".

Спросил про Бурхана. Шаман побледнел: "Не произноси это имя просто так. Бурхан — это не дух Байкала. Это Байкал, осознавший себя как дух. Разница огромна".

21 августа
Присутствовал при полном камлании. Невозможно описать. Шаман бился в конвульсиях, издавая звуки, которые не может издавать человеческое горло. Будто через него проходили все голоса мира одновременно.

В какой-то момент он замер. Глаза закатились. Изо рта шёл пар, хотя ночь была тёплой. Буряты шептали: "Он в Нижнем мире. Если не вернётся до рассвета — останется там навсегда".

22 августа
Шаман вернулся на рассвете. Первые слова: "Я слышал Повеление". Отказался говорить какое. Только повторял: "Череп должен треснуть, чтобы выпустить музыку. Но если треснет не в том месте — музыка умрёт".

23 августа
Странное происшествие. Проснулся ночью от звука — будто кто-то играет на варгане. Вышел из юрты. Шаман сидел у костра, но варган лежал рядом. Звук шёл из его головы. Из черепа.

Он открыл глаза: "Теперь ты понимаешь? После настоящего камлания череп продолжает звучать. Всегда. Просто обычно люди не слышат. Но иногда, у Байкала, когда вода особенно тиха, можно услышать, как звучат черепа всех шаманов, когда-либо камлавших здесь".

24 августа
Последняя запись. Начинаю слышать музыку в собственном черепе. Тихую, но постоянную. Как далёкий варган. Шаман говорит — это начало. Либо я стану шаманом, либо сойду с ума. Третьего не дано.

Боюсь заснуть. Во сне музыка становится громче. И я начинаю различать голоса. Они поют о том, что Байкал — это не озеро. Это ухо Земли. И все звуки мира стекаются сюда. А шаманы — это те, кто научился различать в этом хаосе звуков Повеление.

Какое Повеление — не знаю. Но чувствую — скоро узнаю. И тогда либо вернусь другим, либо не вернусь вовсе.

(Дальше страницы вырваны)

Приписка другой рукой:
"Нашли его у Байкала через месяц. Сидел в позе лотоса, мёртвый. В руке — варган. Во рту — улыбка. Буряты сказали: "Он услышал Повеление и выполнил его. Ушёл в музыку". Похоронили по шаманскому обряду. Говорят, иногда ночью над его могилой слышен звук варгана. Но это, конечно, ветер".

Подпись: Начальник экспедиции П.К. Громов, сентябрь 1923