Отголоски

Ладонь горит,
кровь стынет на коже,
тёмные полосы ползут по запястью,
как будто рисуют дорогу наружу.

Кружка падает на пол,
разбивается,
чай смешивается с пылью,
и в этой грязной луже
отражается люстра,
слепит глаза.

Окно настежь.
Снег сыплется в комнату,
садится на линолеум,
на мои колени,
на пальцы.
Я не шевелюсь —
пусть занесёт меня целиком.

Холод щиплет рёбра,
внутри гулко,
как в пустой банке.
Слышу, как труба воет,
как пол подо мной
медленно трещит.

Часы остановились.
Я пытаюсь вспомнить,
где я видел этот час раньше,
и понимаю —
в морге.

Смотрю на стену.
Тень висит на гвозде,
длинная,
как верёвка.
Она шевелится,
и я тоже встаю,
хотя не хотел.

Снег уже закрыл пятно крови.
Теперь пол белый.
Слишком белый.
Будто я лежу в Антарктиде.

Я иду к окну,
захлопываю его,
в комнате тихо —
слышно сердце.
Оно бьётся неровно,
как будто устало.

Сажусь на пол,
облокачиваюсь о стену,
смотрю в потолок.
Он очень высокий.
Словно я в пустой церкви.

Закрываю глаза.
Слышу, как что-то шепчет:
«Ну всё».

И я улыбаюсь.