Тюрьма

Сотни раз одним сознанием,
Когда скрипит железом по стеклу…
Есть мне название — скитание;
Я жидким оловом и лавою плыву;;
Туда где нет страданий и желанья
Мучить, убивать, пытать —
Ломать на части и кричать!
Туда где скажут: «Будь спокойней!»
И я от спокойствия этого не умру…
Как хочется живым быть:
Ударять тогда, когда тебя бьют —
Но тогда я более прижат ко дну,
И в клетке сжат:
Она ломает, уничтожает всё святое
И священное — да, я здесь умру.
Она никак не пощадит твой дух —
Она лишь подметёт пол, на котором прах
Твой будет после смерти лежать:
Так было и так есть — тюрьма
Не излечит хворь, неизлечима и сама она;
Хворает сильно, кашляет убийцами,
Ворами, трупами на похоронах,
Которым аплодируют в гробах другие трупы;
Такие же… Скорей убитые, чем умершие.
Скорее мёртвые, чем живые… когда-то…
Дай мне пройтись в последний раз
По улице… Нет, лишь квадраты клетки:
Луна смотрит на меня и Солнце
Прожигает болью, своею отречённостью;
Своею пыткой. Вот бы родиться
Мёртвым, лишь бы не в тюрьме —
Говорят те, кто обречён.
Вот бы родиться вновь в тюрьме —
Говорят те, кто молиться научился,
И идёт к священнику, чтоб
Не обмануть, а научиться ещё
Чему-нибудь. Или всё же…
Обмануть в последний раз.
Или обманывать всегда, как есть,
Как и учили.
Два ангела на тебя которые
Никогда не будут взором
Источать свой взгляд:
К любому обращайся —
Ни от одного не получишь слова.
Два ангела: Рай и Ад.