истина в суете

Кто поёт, кто хнычет, кто спит в тиши,
вот сентябрьский выдох - не мельтеши,
занимайся делом, с балкона плюй,
принимай прокуренный поцелуй
от любимой женщины. Отвечай
тем же самым. После - горячий чай,
говоря, что время соизмеримо
с тем другим, оставшимся где-то там
до войны, а ты привыкай к местам,
где топтались раньше солдаты Рима.
Что ж, не петь, не хныкать, а только спать,
много дел, но ты не успел опять,
опоздал немного и чай остыл,
и скрипит под шагом твоим настил -
шаткий мостик выдержит? Шаг тяжёл.
Здесь когда-то воин другой прошёл,
тут звучала поступь легионера.
А сейчас цивильно, свежо, легко -
сигарета, булочка, молоко,
за окном, похоже, другая эра.
На двоих одну, мельтеши, коль так
за любовь уплачен один пятак,
неразменный, правда, но если он
твой, стрелой простреленный медальон,
личный номер, выбитый, жизнь и смерть,
и отдать его, это нужно сметь
и уметь рубиться в любви и в бойне.
Понимаешь - это не Рим совсем,
а итог каких-то бандитских схем,
ну, а вы, как парочка Клайд и Бонни.
И слова не те, и дела не те,
познаётся истина в суете
вечеров табачных, кофейных склок.
Значит, образ Рима двоих увлёк,
говоря - плевать, что дела - табак,
что потом навешают всех собак...
Жизнь ли, смерть, любовь? Хороша дилемма!
И уже не хочется ни черта,
если тело сброшено со щита,
правда, кровь не стёрта ещё со шлема.