Князь Владимир. Часть 2. Глава 36. В узилище

Все вырвалось, о чем давно молчал,
чего, казалось, он не замечал:
" Мне передать ты должен был бы власть,
а ты - Борису. Чтоб ему пропасть!

И не меня обходишь одного,
допустим, и не  сына своего.
Своих же обижаешь сыновей.
Перед Борисом много, ей-же-ей!"

Владимир этого не ожидал.
На Святополка яростно взирал.
" Да разве плохо с Ярославом мы
определили нынче, среди тьмы,

мне - Киев, а уж Новгород ему..."
Князь перебил:" Я что-то не пойму.
Вы за моей спиной делили Русь?
Сейчас я вам ответить соберусь.

Я умножал ее и защищал,
я каждому из вас наделы дал.
Мне и решать, кто сядет, когда я
уйду, заботы о душе тая..."

Бесспорно, все это была война.
И молнии из глаз, текла слюна,
когда он, возмущенный, говорил
о том, что всех наделом одарил...

Сорвался голос, он почти охрип.
Сдавило грудь, раздался быстрый вскрик.
И губы посинели. Подбежал
враз Святополк, в тревоге поддержал.

Власть властью, но его он воспитал.
Владимир оттолкнул и побежал,
порвав рубахи ворот, в переход,
где ожидал его уже народ.

Гридь выскочил, князь гулко прохрипел:
" В темницу!" Он ведь это не хотел.
" Жену его, священника туда!
Не выпускать без спроса никогда!"

Их посадили разом. КрЕпка дверь.
Нет, не в тюрьму. Но под засов. Поверь,
держали, как и князь им повелел.
Никто того нарушить не посмел.

Кормили, правда, с княжеских столов.
Людей к ним не пускали. Нету слов,
Владимир в себя долго приходил.
Конечно, никому не говорил.

Да и кому он это мог сказать
о том, что сын его решил дерзать?
Но в глубине души он понимал,
что Святополк, конечно, в чем-то прав,

что Ярослав достоин князем быть.
Но супротив него поворотить?
Они сильны и, как никто, умны.
Таких и нужно было для страны.

Он сам невечен,схватывает так,
что труден, право, самый малый шаг!
А надо было просто распросить,
чтоб он сумел сомненья рассудить.

Пообещали б младших не губить,
возможно, и смогли б уговорить.
Зубами от досады он скрипел,
что каждый без него решить посмел!

Подсказывала совесть ему зря,-
разумные ведь были сыновья.
И от такой своей неправоты
ярился больше он, чем я и ты.

Хотелось уничтожить, наказать
того, кто сам задумал все решать.
Да, Святополка он с попом, с женой
схватил. А Ярослав же, Боже мой,

недосягаем. В чем и обвинить?
Что земли вдруг решили поделить?
Так ведь не Ярослав тут первым был
и ничего тому не говорил.

Он понимал, настали времена ,
и с Болеславом близится война.
Он не простит, что дочь его в плену.
Тому пока что это ни к чему,

он с немцами сражается, но срок
придет. И этот срок не так далек.
Что делать теперь? Рейдерн хуже всех.
Поддерживать войну для него грех.

Больным Владимир притворялся, ведь
не знал, как быть, куда ему смотреть.
В узилище он к Рейдерну идет.
Тот голодает. Обещает тот ,

что ореолом ляжет смерть его
на имя князя, только и всего.
" Тебе же, князь, за муки отвечать.
Невинных прямо в гроб готов загнать..." -

"Умрешь здесь..." Так и вышло.Все твердят,
еду приносят. Только не едят.
Князь приказал не упустить всех тех,
кто полонен им. А иначе грех

на них всех ляжет. Он не пощадит.
Сурово он на гридей всех глядит.
А узников и кормят и гулять
пускают... Что им дальше ожидать?
01.08.2025