Рамки

Рисовать обожал я с детства,
Думал: вырасту буду художник.
Был пленён красоты совершенством,
Словно я в струн прекрасного дрожь вник.
Собирал живописные марки,
И от рифм приходил в волнение.
Звуков песен, мотивов жарких
Переливам внимал в упоении.
Пело сердце, и я старательно
Голосил, выводя мотивы.
Верил искренне, что обязательно
Петь смогу я сладкоречиво.
Время шло, и узнал я с отчаянием:
Неформат все мои художества.
Каждый штрих мой своим замечанием
Перечёркивал кто-то из множества
Умных, взрослых доброжелателей.
Все учили: "Не так! Не правильно!"
"Нужно слушаться преподавателей,
Делай, как в образце представлено!"
Ну а песни? Не вышел голосом!
Мне б кричать в туалете: "Занято!"
Разве что к поэтическим конкурсам
Склонность может быть у меня. И то...
В общем, что об искусстве грежу я?
Со свиным рылом, да в калашный ряд?
Вот такая услуга медвежия!
Критик прав, на его компетентный взгляд.
Думал, может осилю музыку?
Взял гитару, струна переборами
Льёт мелодий серебряную фольгу,
В подворотнях, да под заборами.
Но услышал моих притязаний звон
Критик, ваше высокородие.
Мне с презрением обронил вдогон:
"Три аккорда на все мелодии".
Я теперь, если сердце поёт в груди,
С инструментом в уединении,
Потихоньку под нос бубню мотив,
Чтоб не слышал никто это пение.
Может критика быть конструктивной, да!
И полезной быть может, не спорю.
Но завидую часто, наивный я,
Беззаботно штормящему морю.
Нет, не внемлет оно своей тьмой пучин,
Злобным шёпотам критики чёрной.
А не то, получило б не мало причин,
Своего постесняться шторма.

9.09.2025