25. 25. Глава 2. Показательная казнь

Глава 2. Показательная казнь
Рая вернулась домой в тот вечер словно в тумане. Её мысли всё ещё были там, на детской площадке, с тем загадочным незнакомцем. Она не могла перестать думать о его словах, о его глазах, о том странном притяжении, которое чувствовала.
На следующий день в школе всё казалось каким-то нереальным. Учителя, одноклассники, даже стены — всё было словно в дымке. Она витала в облаках, не замечая насмешливых взглядов и перешёптываний за спиной.
Физкультура стала настоящим испытанием. Сашка Бухловский, вечно весёлый блондин, который не давал ей прохода, снова начал приставать. Он дёргал её за рюкзак, отпускал пошлые шуточки, и Рая больше не могла это терпеть.
В порыве злости она достала из сумки автоматический карандаш и, расковыряв его, достала грифели.
— Саш, смотри, что я нашла! Американские конфеты! — с притворной улыбкой протянула она ему.
Сашка, не подозревая подвоха, схватил «конфеты». Рая знала, что будет, если съесть грифель — тошнота, рвота, возможно, даже отравление. Но в тот момент ей было всё равно.
Через несколько минут Сашка позеленел и побежал к туалету. Ярослава Юльева, которая была тайно влюблена в Сашку и ревновала его ко всем, увидела эту сцену. Её глаза загорелись злобой.
После уроков Ярослава подговорила старшеклассников. Они схватили Раю и потащили за школу.

Солнце медленно клонилось к закату, окрашивая небо в багряные тона. Рая шла за школой, окружённая толпой старшеклассников, которые держали её за руки. Каждый шаг отдавался в голове пульсирующей болью, а в горле стоял ком.
Пустырь за школой был идеальным местом для показательной порки. Грязная земля, разбросанный мусор и ни души вокруг — только любопытные школьники, пришедшие поглазеть на представление.
Ярослава Юльева, маленькая и злобная, встала на автомобильную шину. Её лицо искажала гримаса ненависти. Рая чувствовала, как та дрожит от ярости, как её маленькие кулачки сжимаются в бессильной злобе.
Толпа начала собираться. Шепотки, смешки, переглядывания. Каждый хотел увидеть, как унижают ту, кто посмела навредить Сашке.
— Смотрите все! — крикнула Ярослава, её голос дрожал от возбуждения. — Сейчас я покажу этой отравительнице, что бывает с теми, кто трогает моего Сашу!
Рая стояла неподвижно, чувствуя, как холод проникает под одежду. Старшеклассники держали её крепко, их руки были грубыми и тяжёлыми. Она чувствовала, как по щекам катятся слёзы, но не позволяла себе показать слабость.
— Ну что, отравительница? — Ярослава сделала шаг вперёд, её лицо было в нескольких сантиметрах от лица Раи. — Понравилось издеваться над Сашкой?
Толпа засмеялась. Кто-то выкрикнул:
— Давай, Ярка, покажи ей!
Ярослава замахнулась. Первый удар пришёлся по щеке. Рая почувствовала, как по коже разливается жгучая боль. Второй удар — ещё сильнее.
— Ты думаешь, можно просто так травить людей? — Ярослава выплёвывала слова, словно яд. — Ты заплатишь за это!
Старшеклассники начали подбадривать Ярославу. Они толкали Раю, заставляя её стоять ровно, чтобы Ярославе было удобнее наносить удары.
— Грязная обманщица! — кричала Ярослава. — Кто ещё захочет дружить с тобой после такого?
Оскорбления сыпались со всех сторон. «Отравительница», «предательница», «сука» — слова врезались в сознание Раи острыми кинжалами.
— Ты испортила Сашке жизнь! — визжала Ярослава. — Теперь он в больнице из-за тебя!
Рая чувствовала, как земля уходит из-под ног. Она знала, что это неправда — Сашка просто испугался и перестраховался, но толпа верила каждому слову Ярославы.
— А знаешь, что самое смешное? — Ярослава наклонилась к самому её уху. — Ты никому не нужна!!!!!
Толпа взорвалась хохотом. Рая чувствовала, как внутри что-то надламывается. Её гордость, её самоуверенность рушились на глазах у всех.
— Ну что, довольна? — Ярослава отступила, тяжело дыша. — Теперь все знают, кто ты на самом деле!
Старшеклассники отпустили Раю. Она пошатнулась, но устояла на ногах. Её лицо горело от пощёчин, а в душе была пустота.
— Ты ещё пожалеешь, — прошептала Ярослава, спрыгивая с шины. — Я прослежу за этим.
Толпа начала расходиться, обсуждая произошедшее. Рая стояла, окружённая пустотой и одиночеством. Её слёзы смешивались с грязью, а в голове билась только одна мысль: «Они заплатят!!!!».
Она развернулась и побрела прочь, не замечая ничего вокруг. Её шаги эхом отражались от пустых стен школы, а в душе разрасталась чёрная дыра отчаяния.
Но что-то внутри неё вдруг начало меняться. То, что она так долго подавляла, начало подниматься на поверхность. Тёмная, первобытная дикая ярость, которую она никогда раньше не испытывала.
И в этот момент Рая поняла — она больше не будет жертвой. Она найдёт способ отомстить. И тот незнакомец с ножом, возможно, поможет ей в этом.

Рая брела по тёмным улицам, не замечая ничего вокруг. Её мысли были заполнены эхом оскорблений и болью от пощёчин. Каждый шаг отдавался в голове тупой болью, а в горле стоял ком непролитых слёз.
Она свернула в знакомый проход между гаражами. Здесь, в этой темноте, слегка освященной слабым фонарем, она чувствовала себя в безопасности. Здесь не было любопытных взглядов, не было насмешек, не было боли. Только тишина и ожидание.
Гаражи встретили её мрачной тишиной. Рая шла между железными стенами, прислушиваясь к каждому шороху. Её сердце билось учащённо, но не от страха. Она знала — он где-то здесь.
Она обшаривала каждый уголок, заглядывала за каждый угол. Её руки дрожали, но не от холода. Она искала его, того, кто понимал её, того, кто видел в ней что-то большее, чем просто жертву.
Рая прислонилась к холодной стене одного из гаражей. Её слёзы катились по щекам, оставляя солёные дорожки. Она чувствовала себя такой одинокой, такой потерянной. Но в глубине души знала — он придёт.

И он пришёл.
Сначала она услышала шорох. Тихий, едва уловимый звук шагов. Затем почувствовала его присутствие. Что-то изменилось в воздухе, словно сама атмосфера стала плотнее.
Он опустился рядом с ней, так тихо, что она едва заметила его движение. Его плечо мягко коснулось её плеча, и Рая вздрогнула.
— Ну, кого накажем первым? — его голос прозвучал так близко, что она почувствовала его дыхание на своей щеке.
Рая резко обернулась. В свете тусклого фонаря, пробивающегося сквозь щели между гаражами, она увидела его лицо. Его глаза светились в темноте, а на губах играла знакомая хищная улыбка.
— Ты… — прошептала она, не веря своим глазам.
— Я, — ответил он, наклоняясь ближе. — Похоже, у нас сегодня будет много работы.
Его рука скользнула в карман, и в свете фонаря блеснуло лезвие ножа. Рая почувствовала, как по спине пробежал холодок, но это был не страх. Это было что-то другое — предвкушение, возбуждение, странное чувство единения.
— Я знала, что ты придёшь, — прошептала она, глядя в его глаза.
Он улыбнулся, и в этой улыбке было что-то такое, от чего у Раи перехватило дыхание. Что-то тёмное, первобытное, манящее, родное… Своё.
— Знаешь, — произнёс он тихо, — ты не такая уж и невинная, как кажешься. Ты умеешь причинять боль, Рая. Просто до сих пор не позволяла себе это признать.
Его взгляд скользнул по её лицу, и Рая почувствовала, как что-то внутри неё ломается. Что-то, что она так долго пыталась сохранить, спрятать, не выпуская наружу.
— Пойдём, — прошептал он, протягивая ей руку. — У меня есть для тебя сюрприз.
Рая посмотрела на его руку, затем на его лицо. В его глазах она видела отражение своих собственных демонов, своих страхов и желаний. И в этот момент она поняла — она больше не хочет бороться с этим.
Она вложила свою руку в его ладонь.
— Куда мы идём? — спросила она, чувствуя, как её сердце начинает биться чаще.
— Туда, где ты наконец-то сможешь быть собой, — ответил он, притягивая её ближе. — Туда, где никто не осудит тебя за то, кто ты есть на самом деле.
Его слова звучали как обещание, как обещание освобождения от боли и страданий. Рая шла за ним, не оглядываясь. В её душе рождалось что-то новое, тёмное и прекрасное одновременно.
Они вышли из-за гаражей. Ночь окутывала их своим тёмным плащом, скрывая от мира. Рая шла рядом с ним, чувствуя, как её старые раны начинают заживать, уступая место чему-то новому, неизведанному.
— Ты больше не одна, — прошептал он, наклоняясь к её уху. — Теперь у тебя есть я.
И в этот момент Рая поняла — её жизнь навсегда изменилась. Она ступила на путь, с которого нет возврата, путь, ведущий в самые тёмные глубины человеческой души.
И улыбнулась.

Продолжение следует…