Месть Одиссея женихам Пенелопы

Продолжение мифа «Одиссей и Пенелопа» из цикла
 «Вольные пересказы легенд и мифов народов мира»
Источник - сочинение Н. Куна
 «Легенды и мифы Древней Греции».
Изложено автором по поэме Гомера «Одиссея» 

Рабыни на рассвете навели порядок
 в пиршественном зале.
Эвмей*, Филотий и Мелантий*
 вскоре скот для пира женихов пригнали.
Филотий и Эвмей
 приветствовали странника при встрече с ним
И выразили сожаление,
 что оказался рок его таким ужасно злым;

Что он скитается по Свету
 дома не имея
И, со слезами на глазах,
 Филотий вспомнил Одиссея
И думал, неужели
 господин его,
Вот также, где-то
 бродит не имея ничего.

И далее, Филотий и Эвмей
 богов молили,
Чтобы они домой
 царя Итаки возвратили.
И верных слуг своих
 неузнанный царь утешал,
И, посмотрев в глаза Филотию,
 сказал:

- Клянусь тебе,
 что выйти ты отсюда не успеешь,
Как пред собою
 Одиссея лицезреешь
И также, видеть
 суждено твоим глазам,
Как отомстит царь
 буйным женихам.

С Эвмеем и Филотием
 Мелантий не был дружен,
Почти со всеми
 был он груб и нерадушен.
И встретив снова странника
 его вновь оскорбил,
И если не покинет он дом Одиссея,
 то побить его грозил.

Услышав ту угрозу,
 Одиссей лишь грозно сдвинул брови
И промолчав в ответ,
 взглянул на злого пастуха сурово.
И вскоре
 стали собираться женихи на пир,
Царила в головах их мысль -
 царевича отправить поскорей
 в загробный мир.

Но посланное
 свыше им знамение
Удерживало их
 от преступления...
И время пиршества настало,
 и сели за столы все кто пришёл,
И Телемах поставил страннику в углу
 отдельный стол.

И гостю нищему
велел подать вина и пищи
 побыстрее,
При этом, грозно произнёс
 сын Одиссея:
- Пируй спокойно
 вместе с нами странник
 потому,
Что оскорблять тебя
 я не позволю никому!

Здесь не харчевня,
 где сброд пьяный
 правила мне предъявляет;
Здесь дом царя Итаки,
 пусть о том никто не забывает!
... Таких слов от царевича
 никто не ожидал.
В ответ, злой Антиной,
 сжав кулаки, встав, заорал:

- Друзья! Пусть Телемах
 грозит нам всем, чем хочет.
Мы будем делать всё,
 что пожелаем до прихода ночи.
Пусть знает болтунишка то,
 что если бы знаменье Зевс нам не послал,
Давно бы он
 навеки замолчал!

Царевич промолчал,
 на оскорбленья оскорбленьм
 отвечать не смея,
Он ждал условный знак
 от Одиссея.
С каждой минутой женихи
 по умыслу Афины
 становились злей,
Чтобы в душе у Одиссея
 жажда мщенья разгоралась всё сильней.

Ктесипп, один из женихов,
 буянить начал первым, восклицая:
- Досталась страннику от Телемаха
 порция вина и яств большая.
Давайте кое - что
 и мы ему преподнесём.
Не жаль мне поделиться с ним
 вот этим замечательным добром!

И после этих слов,
 Ктесипп схватил коровью ногу,
И с силой её бросил, крикнув:
 - Получай, убогий!
Едва смог от удара уклониться
 Одиссей,
А у царевича пылал гнев
 из очей.

И крикнул Телемах
 зачинщику лишь начинающейся свары:
- Твой промах спас тебя
 от кары,
В противном случае,
 вонзил бы я в тебя копьё
И в похороны превратил бы
 сватовство твоё.

Напоминаю всем,
 я, в своём доме, исполняю Зевса волю,
Встречая странника с радушием
 и не позволю
Несчастного страдальца
 оскорблять,
Тем более,
 ему боль причинять.

Стал Агелай советовать товарищам
 от оскорблений отказаться,
Но в тот момент Афина
 помутила разум женихов
 и каждый дико стал смеяться,
И каждый, словно зверь,
 сырое мясо пожирал,
И грязные слова
 в лицо царевича бросал.

На эти издевательства
 не обращал внимания сын Одиссея.
Ну а в покоях Пенелопы
 пиршества шум становился
 слышен всё сильнее,
Тогда, в сокровищницу царскую
 решила Пенелопа наконец идти,
Чтобы оттуда Одиссея лук
 в зал пиршественный принести.

Когда - то этот лук
 принадлежал Эвриту*,
А Одиссею он подарен был
 царевичем Ифитом*...
Взяв этот лук волшебный
 и колчан со стрелами,
 пошла
Царица Пенелопа в пиршественный зал
 и там произнесла:

- Послушайте меня!
 В моих руках лук Одиссея.
Кто натянуть
 упругий этот лук сумеет
И пустит так стрелу,
 чтобы она
Прошла сквозь дюжину колец,
 тому судьбой я буду в жёны отдана!

Передала царица
 этот лук Эвмею,
Заплакал он
 притронувшись к оружью Одиссея
И у Филотия
 струились слёзы по щекам,
Когда Эвмей
 передавал лук женихам.

И на Эвмея, и Филотия
 сердились женихи - злодеи
За то, что со слезами
 они вспоминают Одиссея.
Шесты же с кольцами
 в земле сын Пенелопы укрепил,
Их выровнял
 и первым был,

Кто тетеву три раза натянуть
 старался,
Но каждый раз
 лук не сгибался.
Четвёртую попытку
 стал он повторять,
Но Одиссей дал знак ему -
 не стоит силы зря терять.

Из женихов, Лейод,
 стал первым лук согнуть пытаться,
Но как он не старался
 напрягаться -
Всё зря,
 не получил он от богов с Олимпа
 богатырских сил...
И Антиной
 тогда Мелантия позвать решил.

И пастуху велел
 лук смазать салом,
Надеясь, что согнётся лук,
 но легче женихам не стало;
Кряхтели, пыжились
 и били себя в грудь,
Но тетеву не удалось им
 натянуть.

В то время, во дворе,
 Филотию с Эвмеем,
Открыта была тайна
 Одиссеем;
Признался странник им,
 что он на самом деле Одиссей
И показал рубец от раны
 на ноге своей.

Возрадовались слуги верные
 и пали ниц, и поцелуями покрыли
Перста и ноги господина,
 и богов благодарили
За возвращение царя
 домой,
И успокоил Одиссей их,
 и приказ им дал такой -

В минуту ту, когда возьмёт он в руки лук,
 царь приказал Эвмею,
Немедленно увидеть
 Эвриклею
И повеление его ей передать,
 она должна служанок запереть
И, чтобы не сбежал никто,
 за ними присмотреть.

И повелев Филотию
 покрепче запереть ворота,
Вернулся Одиссей
 в зал пиршественный,
 сев у входа.
В то время, Эвримах
 вновь салом смазал лук
И грел у очага его,
 не выпуская лук из рук.

Не стал и разогретый лук
 сгибаться
И остальные женихи
 решили от попыток бесполезных
 отказаться,
И пир продолжили,
 привычным делом занялись своим...
Тогда вдруг странник
 обратился к ним -

Лук натянуть
 ему позволить
И в адрес Одиссея
 стали женихи смеяться и злословить,
Но в глубине души боялись,
 делая смешливый вид,
Что их убогий странник
 посрамит.

И настоятельно
 слова царицы прозвучали,
Чтобы и страннику
 лук в руки дали.
Возвысил голос Телемах,
 он попросил в свои покои мать уйти
И повелел Эвмею
 страннику лук поднести.

Неистовый вопль женихов
 раздался.
Эвмей, когда шёл с луком мимо них,
 ужасно испугался,
Но Телемах прикрикнул громко
 на него,
Чтобы он не боялся
 никого.

И, когда подал лук волшебный
 Одиссею,
Эвмей поспешно удалился
 к Эвриклее,
Чтобы ей повеленье Одиссея
 передать,
Ну а Филотий поспешил
 ворота закрывать.

Словно кифару
 перед песнопением,
Осматривал волшебный лук свой
 Одиссей с благоговением
И без особого труда
 согнул его,
И натянул вмиг тетеву,
 и в страхе женихи смотрели на него.

И грянули
 над его домом
В минуту ту
 раскаты грома -
То Одиссею
 Зевс знаменье дал
И в ту минуту
 царь Итаки силу свыше ощущал.

Взял Одиссей стрелу
 и тетева зловеще зазвенела,
Сквозь дюжину колец
 стрела со свистом пролетела
И с удовольствием
 воскликнул Одиссей:
- Царевич посмотри!
 Убогий нищий оказался
 всех бесчинствующих женихов сильней!

Теперь мы новое им приготовим
 угощенье
И от него, под звон моей «кифары»,
 мы получим наслажденье!
... И царь нахмурив брови,
 сыну подал знак,
И опоясовшись мечом,
 и в руки взяв копьё,
 встал рядом с Одиссеем Телемах.

Итаки царь, сняв рубище своё,
 встал у порога
И, стрелы высыпав из колчана на пол,
 взглянул на женихов он строго,
И произнёс: - В цель первую
 удачно я попал.
Теперь для пораженья
 я другую цель избрал.

Дрожит рука моя
 и холодок бежит по коже,
И всё же поразить ту цель
 мне стреловержец Аполлон поможет!
Когда злой Одиссей
 речь эту завершил,
То в Антиноя сразу же
 стрелу пустил.

Стрела пронзила насквозь
 горло Антиною,
Когда держал он чашу полную вина
 перед собою
И собирался чашу ту
 опустошить,
Но не успел глоток вина,
 последний в жизни,
 совершить.

Шатаясь, обливаясь кровью,
 он стол пиршественный опрокинул...
Так, самый злой из женихов
 навеки этот мир покинул.
Вскочила с криками
 толпа его друзей
И побежала за оружием
 скорей,

Которое на стенах
 раньше находилось,
А ночью по веленью Одиссея
 в кладовую удалилось.
В недоумении остановились
 женихи,
А грозный Одиссей,
 за их грехи,

Им вынес приговор:
 - О, псы презренные!
 Вы думали, что я давно в аиде?
И безнаказанно вы можете
 моих родных ограбить
 и унизить, и обидеть?
Нет, вы ошиблись,
 всех вас наказанье ждёт -
Никто из вас живым
 отсюда не уйдёт!

Напрасно Эвримах
 молил царя Итаки о пощаде
И о принятии от женихов
 богатой платы
За всё, что из дворца
 они похитили в теченье многих дней.
Нет, ничего не слышал
 Одиссей.

Душа и ум его кипели
 жаждой мести
И стало ясно женихам,
 что защищаться нужно им всем вместе,
И обнажив мечи,
 что принесли с собой,
Они перевернули все столы,
 чтобы за ними прятаться от стрел,
 как за стеной.

На Одиссея
 Эвримах с мечом в руках помчался,
В итоге мёртвым
 на полу лежать остался,
Пронзила сердце ему
 царская стрела...
Смерть друга,
 Амфинома сразу же в атаку повела.

Его, царевича копьё
 навек остановило.
Остался без оружья Телемах
 и надо ему было
Из зала в кладовую
 побыстрей идти,
Чтобы оружия побольше
 принести.

И для Филотия, Эвмея и себя,
 и Одиссея,
Он восемь копий,
 и четыре шлема и щита
 принёс из кладовой так быстро,
 что нельзя быстрее.
И сразу же вооружился
 Одиссей,
И встали, потрясая копьями,
 в одну шерегу с ним, царевич Телемах
 и верные рабы его Филотий и Эвмей.

Когда отсутствовал
 царевич в зале,
От стрел царя
 погибло женихов немало.
Предатель же Мелантий
 в ту минуту проследил,
Куда царевич
 за оружием ходил.

И незаметно в кладовую
 он прокрался.
Да, так как принести оружие отцу
 быстрее Телемах старался,
То, в кладовую дверь
 он запереть забыл
И без труда предатель
 дверь ту отворил.

Двенадцать копий и щитов
 он женихам доставил,
Чем Одиссея нервничать
 заставил.
Эвмей предательство Мелантия
 раскрыл
И господину своему об этом
 доложил.

Рабам своим велел царь
 проявить сноровку -
Схватить Мелантия
 и в кладовой связать его верёвкой.
И, чтобы ни секунды
 не терять,
Филотий и Эвмей
 веленье Одиссея стали выполнять.

И вновь когда из кладовой
 предатель выносил оружие,
То был рабами верными
 обезоружен
И, связанный, он к потолочной балке
 в кладовой подвешен был,
И слышал, как ему Эвмей
 с усмешкой говорил:

- Теперь Мелантий, будешь ты до ночи
 сторожить оружье это
И далее, всю ночь, и, точно,
 не проспишь рассвета!
... В тот миг явилась к Одиссею в зал
 Афина
Под видом Ментора
 скрывала лик величественный свой
 богиня.

И Одиссей
 стал Ментора на помощь звать,
А женихи
 пришельцу стали угрожать,
Что если
 Одиссею он поможет,
То жизнь свою
 он здесь оставит тоже!

На женихов Афина разозлилась,
 но и упрекнула Одиссея, славного героя,
За то, что он не так уж храбр,
 как ранее, когда учавствовал
 в боях под Троей
И, превратившись в ласточку,
 взлетела ввысь она,
Присев на балку
 у окна.

На Одиссея женихи три раза
 нападали
И копья каждый раз
 бросали
В него и в Телемаха,
 и в двух верных слуг,
Но, приближаясь к ним,
 меняли копья направленье вдруг.

Все копья женихов
 Афина отклоняла,
А Одиссею и соратникам его
 богиня помогала
Своим копьём
 в цель точно попадать
И женихов толпа
 быстрее стала исчезать.

Вонзил копьё в Ктесиппа
 неприятель,
Филотий оказался им,
 который крикнул:
 - Получай, такой-сякой ругатель,
Мой дар ответный,
 я тебе его послал
За ту коровью ногу,
 от которой Одиссей едва не пострадал.

Желая больше женихов
 отправить в вечный мрак аида,
Афина потрясла над ними
 страшною своей эгидой.
И как безумные метались
 во все стороны они,
Словно на пастбище быки,
 которых постоянно жалят оводы
 или слепни.

И словно соколы,
 уничтожающие голубей
 и прочих птах малозаметных,
Губили женихов
 царь, сын его и два раба их верных.
И гибнущие женихи
 ужаснейший подняли крик,
Предвидя в страхе диком
 свой последний миг.
 
Лейод просил не убивать его,
 встав на колени,
Но не услышал царь Итаки
 то моленье.
Взмахнул рукой злой Одиссей
 и острый меч
Снёс голову Лейода
 с плеч.

Лишь Фемия, певца слепого
 и глашатая Медонта,
Смерть не лишила встреч
 с луной и солнцем
 над бескрайним горизонтом,
Помиловал их
 грозный Одиссей,
Не видя в них вины
 перед семьёй своей.

И осмотрел зал пиршественный
 Одиссей сердитый -
Все женихи,
 лежащие в крови,
 были убиты.
И Эвриклею
 Одиссей тогда велел позвать,
И долго
 не заставила себя старушка ждать.

И господина своего она увидела,
 стоящего у трупов женихов,
Подобно льву, который
 растерзал быков.
Ей Одиссей велел позвать рабынь,
 назвав их грубыми словами,
Которые имели связь предательскую
 с женихами.

И дюжина предательниц
 перед царём предстала,
И трупы женихов
 им было велено убрать из зала,
И с громким плачем
 они стали трупы выносить,
И в портике дворца
 старались в ряд их уложить.

Когда рабыни выполнили
 повеленье Одиссея,
Они отправились на виселицу
 с петлями на шеях.
Предателя Мелантия
 царь также приказал казнить,
Так как вину свою
 предатель должен смертью искупить!...


25 - 30 мая 2025 года.


Эвмей* - см. миф «Одиссей у свинопаса Эвмея».

Мелантий* - см. миф «Одиссей приходит в свой дворец
 под видом нищего странника».