Пусть услышит мир

В моей груди живёт не просто сердце —
Там бьётся рифма, словно птица в клетке.
Ей тесно в полумраке иноверца,
Она стучит по рёбрам, тонким, редким.
Она росла из шёпота и плача,
Из смеха, отражённого луною,
Из веры в то, что многое я значу,
Из встреч моих с несбыточной мечтою.

Мои стихи — не вымысел досужий,
Не кружева из слов, сплетённых гладко.
Они порой бывают неуклюжи,
И в них есть горечь, а не только сладость.
В них — гул ветров, что спорят с проводами,
В них — тишина заброшенных аллей,
В них — первый снег, что падает кругами,
И слёзы одиноких матерей.

Я собираю жизнь по мелким крохам:
Улыбку, взгляд, случайный полувздох.
И каждым словом, каждым новым слогом
Пытаюсь победить переполох
В душе своей, где бури и туманы
Сменяет солнце робкою чертой.
Мои стихи — мои живые раны,
И мой единственный цілительный покой.

Хочу я, чтобы мир услышал голос,
Что рвётся из моей груди на волю!
Чтоб каждый стих, как вызревший мой колос,
Отдал зерно, назначенное долей.
Пусть он летит сквозь бури и метели,
Сквозь шум толпы и суету столиц,
К тому, кто ищет в жизни своей цели
Средь тысяч безразличных, хмурых лиц.

Пусть кто-то в этих строчках неумелых
Найдёт приют, утешится на миг.
Средь будней серых, скучных, омертвелых
Услышит сердца моего живой родник.
Не ради славы, почестей, награды
Я доверяю рифмы букварю.
А чтоб сломать глухие все преграды
И крикнуть миру: «Я тебя люблю!»