Обед

   В солнечный летний день после традиционного утреннего приема посетителей вице-консул вышел во двор Генерального консульства, сел в машину и поехал в центр города на обед. Летом он любил обедать на уютной террасе небольшого ресторанчика, расположенного в самом верху Рыночной площади, у подножия холма, с которого возвышался величественный Собор Петра и Павла. Сами апостолы в камне, Петр с ключом, а Павел с мечом, были неподалеку: на лестнице, ведущей к храму, они охраняли символические Врата рая.
   Вице-консул ехал привычной дорогой от храма к Рыночной площади, чтобы, как обычно, запарковаться у Колонны Святой Троицы. Эта колонна была из разряда "чумных столбов", возводившихся в европейских городах после страшной эпидемии конца 17-го века.
   Неожиданно у въезда на площадь дорогу преградил знак "Проезд воспрещен". Собственно неожиданность заключалась не в самом знаке (дипломатический номер все равно давал возможность проезда), а в том, что под знаком была соответствующая надпись на немецком языке: "Durchfart verboten!" Просто вице-консул находился примерно в пятистах километрах от границы с Германией. Проехав и запарковавшись по обыкновению, он вышел из машины. И был более, чем удивлен открывшимся видом Рыночной площади.
    Привычных торговых рядов не было. Зато по площади ходили небольшими группами и разъезжали на трехколесных мотоциклах солдаты в мышиных и черных мундирах Вермахта и СС. Слышалась отрывистая немецкая речь. На зданиях городской ратуши, филармонии и национального музея были вывешены огромные нацистские флаги. Картина выглядела абсолютно сюрреалистичной, ведь недавно наступил двадцать первый век...
   Стараясь, по возможности, не пересекаться с военными, вице-консул быстро прошел на террасу ресторана, сел за свободный столик и попросил знакомую официантку Зузку принести ему пиво и обед. К его удивлению Зузка была одета в дирндль - национальное женское платье, популярное в Баварии, особенно во время Октоберфеста. Из ресторана доносилась очень любимая немецкими солдатами Второй мировой песня "Lili Marleen": "У ворот казармы, при свете фонаря Рядом со мною девушка моя.." 
   Далее внимание вице-консула привлекла компания, расположившаяся за соседним столиком, - четверо мужчин в традиционных баварских костюмах: белых рубахах, кожаных коротких штанах и сюртуках, гетрах и узкополых шляпах. Тут уже он не выдержал и перешел на немецкий: "Meine Herren! Was es passiert? Wo sind wir?*" В ответ со стороны веселой компании послышалось что-то по-пьяному невнятное, вылившееся в предложение поднять тост за великого вождя германской нации с возгласами: "Ein Volk! Ein Reich! Ein Fuhrer!**" Отхлебнув немного ледяного пива, вице-консул, скрывая, как мог, свое недоумение, пытался понять, что же на самом деле происходит... И вдруг резко завыла сирена. Все окружающие так засуетились и засобирались, что это не предвещало ничего иного, как налет уже непонятно какой авиации...
   Как только баварцы ушли, подошла Зузка и со смехом сообщила, что сирена означала окончание обеденного перерыва съемочной группы. Оказывается, здесь сегодня снимали кино. И превратили центральноевропейский городок в Мюнхен кануна Второй мировой войны. "Oh, mein Gott***...", - подумал вице-консул...

Борис Бахметьев 29 августа 2025 г.

* "Господа, что происходит? Где мы?" (немецкий)

** "Один народ! Один рейх! Один фюрер!" (немецкий)

*** "Боже правый..." (немецкий)