Кабы знать

Кабы знать.

Души бродят по разным эпохам
И меняют обличье, тела.
Каждый выдох живёт только вздохом,
Наша вечность- быть может игра.

Наша вечность съедает безверье,
Запивая всё звёздным дождём,
В каждой роли ты вновь подмастерье,
Души вновь обжигают огнём.

Тот огонь из Любви и реалий,
То сжигает, а то холодит.
Ищи радость в букете печалей,
И тогда всё быстрей отболит.

Бить навскидку большое искусство,
Бой без боя ещё посложней.
От истока путь разный до устья,
У кого-то чуток попрямей.

Время биться, Любить, ненавидеть,
Иногда же в бессилии ждать.
Если б можно всю глупость предвидеть,
Кабы прикуп заранее знать!

Кабы знать, что любовь- так, навеки,
Не предаст, не напишет донос.
Не любившие-  просто калеки,
Станут сеном в незримый покос.

Почему-то встречаются люди
Когда меньше всего того ждут.
Время двигает мир наш к остуде,
Когда снова бездумно распнут.

На завалинке греется котик,
Мы всё ищем от жизни тепла.
Если имя не впишут в синодик,
Знать тебя не настигнет слеза.

Прокатиться б по радуге в санках,
Разукрасить жасмином слова,
И не мёрзнуть бы на полустанках,
По дороге к тебе...от себя.

26.08.2025г. г.Москва
 Нагаев И.А


Рецензии
Новелла «Кабы знать, как будет…»

Глава 1. Тени прошлых жизней

Он сидел у окна и смотрел на дождь. Капли стекали по стеклу, рисуя случайные узоры — будто пытались сложить послание.

«Души бродят по разным эпохам», — подумал он. — «И меняют обличье, тела».

Где‑то в памяти шевельнулось: он уже был здесь. Не в этом доме, не в этом теле — но в этом ощущении. В этом ожидании.

— Опять витаешь? — спросила жена, ставя на стол чай.
— Думаю о вечности.
— А она есть?
— Есть. Но она… съедает безверье.

Она улыбнулась, не поняв. А он знал: вечность — не бесконечность времени, а мгновение, которое не уходит.

Глава 2. Огонь, который обжигает

Ночью ему приснился сон.

Он стоял посреди поля, а вокруг горели костры — сотни, тысячи. И в каждом — чья‑то душа.

— Это мы, — сказал голос. — Все, кто когда‑либо жил.

— Почему мы горим?
— Потому что огонь — из любви и реалий. Он сжигает ложь. Холодит страх.

Один из костров вспыхнул ярче. В нём он увидел себя — юного, с горящими глазами.

— Тогда я верил, что всё будет просто, — прошептал он.
— Теперь веришь?
— Нет. Но ищу радость в букете печалей.

Огонь кивнул — и погас.

Глава 3. Бой без боя

Утром он пошёл на работу. Метро, толпа, лица — все куда‑то спешили.

«Бой без боя ещё посложней», — подумал он.

Потому что труднее всего — не сражаться с миром, а терпеть его. Ждать. Верить. Не сломаться.

В офисе начальник кричал, коллеги перешёптывались. Он сел за стол, открыл документ — и вдруг понял: это не его жизнь.

Но тут же подумал:

«От истока путь разный до устья. У кого‑то чуток попрямей».

Может, его путь — именно такой? С поворотами, тупиками, ошибками?

Глава 4. Если б можно предвидеть

Вечером он сидел в парке. На скамейке рядом лежала забытая книга — раскрытая на странице с фразой:

«Если б можно всю глупость предвидеть, кабы прикуп заранее знать!»

Он усмехнулся.

Сколько раз он думал:

«Кабы знать, что любовь — так, навеки…»*

«Кабы знать, куда приведёт этот шаг…»*

«Кабы знать…»*

Но ведь тогда не было бы жизни. Была бы схема.

А жизнь — это неизвестность.

Глава 5. Встреча, которой не ждали

На следующий день он опоздал на автобус. Стоял на остановке, злился на себя — и тут увидел её.

Она тоже ждала транспорт. В руках — букет жёлтых листьев.

— Красиво, — сказал он.
— Это осень, — ответила она. — Она всегда приходит неожиданно.

Они заговорили. О пустяках. О погоде. О том, как странно складываются дни.

И вдруг он понял: она — часть его сна. Часть того поля с кострами.

— Вы… знакомы мне, — сказал он.
— Мы все знакомы, — улыбнулась она. — Только не помним.

Глава 6. Остуда и распятие

Время шло. Они встречались.

Она рассказывала:

о людях, которые встречаются, когда меньше всего ждут;

о том, что мир движется к остуде — холоду безразличия;

о тех, кого снова «бездумно распнут» — потому что правда всегда неудобна.

Он слушал и думал:

«Не любившие — просто калеки. Станут сеном в незримый покос».

Но они — любили. И это было их огнём. Их спасением.

Глава 7. Тёплый котик на завалинке

Однажды зимой они сидели на старой скамейке у дома.

На завалинке грелся рыжий кот. Он жмурился на солнце и мурлыкал.

— Вот счастье, — сказала она. — Просто тепло. Просто жизнь.

Он взял её руку.

— Если имя не впишут в синодик, знать тебя не настигнет слеза.

— Но мы помним друг друга. Это важнее.

Кот потянулся, прыгнул к ним, улёгся на колени.

Мир замер в этом мгновении.

Эпилог. Радуга в санках

Годы спустя они шли по парку. Листья падали, как золотые монеты.

— Хотелось бы прокатиться по радуге в санках, — сказала она.
— Разукрасить жасмином слова, — добавил он.
— И не мёрзнуть на полустанках, — улыбнулась она.

— Но ведь мы уже здесь, — он обнял её. — По дороге к тебе… от себя.

Дождь начал накрапывать, но им было тепло.

Потому что они знали:

вечность — не игра;

любовь — не случайность;

путь — не прямая, но он их.

А «кабы знать» — не нужно.

Ведь именно незнание делает жизнь живой.

Алексей Меньшов   07.02.2026 20:55     Заявить о нарушении
На это произведение написаны 3 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.