Охотникам
Кипел в подлеске смертею своей.
Открытой пастью жемчуг пневмы изрыгая,
Выстилал утробой твердь корней.
Распутицей кишок сплетаясь с ними,
До самой преисподней доходя,
Он отдавал стихию усмиренной плоти
Для гниения - земляного колдовства.
Чтобы, когда эфир парит весной певучей,
Своею силой сердцевины напитать,
Затем пролить в надрезы на берёзах взрослым соком
И боль, и страсть, и человека неприязнь.
Свидетельство о публикации №125082103620