Творчество и джаз как спасение

Она была не способна к любви. Он был не способен к любви.
Почти все они были способны лишь к сексу и жизни взаймы.
Если хочешь жить в мире, то ты соизволь
Как по нотам играть, что назначена, роль.
Подключайся, как кабель, к сетям, и в себя
Пропусти гигабайты потоков ты, через тебя.
Но считай себя выше других, опережая всех прочих в системе.
В вечной гонке ты всех побеждай и осмеивай тех, кто не в теме.

Но как жить по любви, когда всё – коды один, ноль, один,
А ты отчаянно верил, что всем правит лишь Бог наш един,
И признаться в любви поспешил, но наутро узнав об измене.
Всё так встроено и рассчитано в конструкции в обществе-схеме.
Ты пошёл на протест, но к чему он, когда все – манекены?
И в протесте нет тоже ни капли любви, всё лишь – на море пена.

Ты отчаялся, и не хочешь по сценарию жить,
Но как море бескрайнее нам с тобой переплыть?
Ты забылся в мечтах, на время забыв про проблемы.
Но оркестр играет не туш, а всё те же опасные темы.
Ты пытаешься вымолить у Бога решенье любви теоремы,
Но твой телевизор ловит сигнал лишь у прежней антенны.

Ты зашёл в ресторан, и сидишь там один,
И джазмен играет не рок, и не «Сплин»,
А ласкающие твою душу любови напевы.
Он так полон любви, и твои хризантемы
Распустились в душе твоей на посланье любви,
Пусть и кажется, что вы во всём мире одни,
Но преодолел саксофон все четыре стены,
И забыл ты совсем про всю боль и проблемы.
Духом творчества он наметил твой путь к переменам,
Встань на творчества путь, и не быть в жизни изменам.

Так ты вспомнил все буквы: от а и до я,
Как они составляют, что вечны, слова,
И ты славишь Господа, мир, не боясь стать не лучшим курьером,
Что послание от Бога нам передал, став людям личным примером.
Разошлись твои письма по миру всему,
И ты знаешь так точно, теперь быть добру!
Хоть одно сердце к правде направить, к бытию не в системе,
А лишь в Боге живя, в Том, кого разглядел ты в джазмене.