Но разве моя доброта вся иссякла?

Помню, как думала, почему
Слезами пропитаны клетки мои,
Со мною все это,
Не с кем то другим?
И жалость накрыла,
Как медная туча,
Низвергшая тонны воды.

Но разве все это меня приподняло,
Возвысило быстро надо кем то другим?
Над теми , кому хорошо и легко,
А мне не досталось всего из того?

Чтоб носом натыкать того кто не знал
Ни смерти ребенка, ни слез, ни болезней,
Ни подлости близких людей дорогих,

Что б мериться тем, что я исстрадала,
Тем самым ужасным, что человек
На этой земле ни за что бы не выбрал,
Не взял добровольно себе.

Как будто упреком, чтобы притихли,
Не смели потом заикаться о том,
Чего не видали, о чем не страдали,
Что б поняли в жизни хоть что-то своей.

Но разве моя доброта вся иссякла,
А нежность убитая горем молчит?
Она испарилась, а сердце , как камень
Испорченным грузом лежит?

И я замолчала и не разглашала,
Кому это нужно, тот жалкий мотив,
Тот способ дешевый сыскать одобренье,
Собрать интерес,состраданье, возню?