С. Т. Кольридж S. T. Coleridge To the Nightingale

вольный перевод:

К Соловью

Сестра в любви тоскующих поэтов - Филомела!
О сколь певцов таилось в темнице чердаков,
Стоя у окна и опустив глаза, но ты им  пела,
Лишь фонарный слабый луч на грязи контуров.

Прислушиваясь к сонной перекличке сторожей,
(Ох уж эти сиплые, бессвязные соловьи времён!),
В сердце раненых пиитов звон твоих речей -
Под Королевой свода неба, которой ею освещён.

Но слышу я тебя, как знак с высокой ветви,
В чьей листве мягкой ты таишься, лунным светом опоенной
Ты издаёшь полные жалости и мольбы печальные трели свои,
О! Я слушал, пока душа терзалась воспламенЕнной.

Пробуждённые этими звуками  тысяча дум
И слушать не переставала! И часто за сим
Воспеваю я имя твоё, с гордым восторгом мой ум
Часто вторит тебе, Лунный певец, трелям твоим.

"Самая музыкальная, самая меланхоличная птица!"
Все твои нежные переливы будут стелиться
Слаще, чем восхитительные напевы будут искриться
От касаний белорукой девы, из лиры будут литься,

Что за время томления одинокой любви
Тает в глазах ее, вздымается нежная грудь
Не так сладок сей миг, как нежный голос её... Взыграет в крови!
Самой милой моей - жизни всей суть!

Когда дышешь чистой нежно душой.
Лишь имя Любви навечно с тобой!

август 2025г.

оригинальный текст:

Sister of love-lorn Poets, Philomel!
How many Bards in city garret pent,
While at their window they with downward eye
Mark the faint lamp-beam on the kennell'd mud,
And listen to the drowsy cry of Watchmen
(Those hoarse unfeather'd Nightingales of Time!),
How many wretched Bards address thy name,
And hers, the full-orb'd Queen that shines above.
But I do hear thee, and the high bough mark,
Within whose mild moon-mellow'd foliage hid
Thou warblest sad thy pity-pleading strains.
O! I have listen'd, till my working soul,
Waked by those strains to thousand phantasies,
Absorb'd hath ceas'd to listen! Therefore oft,
I hymn thy name: and with a proud delight
Oft will I tell thee, Minstrel of the Moon!
'Most musical, most melancholy' Bird!
That all thy soft diversities of tone,
Tho' sweeter far than the delicious airs
That vibrate from a white-arm'd Lady's harp,
What time the languishment of lonely love
Melts in her eye, and heaves her breast of snow,
Are not so sweet as is the voice of her,
My Sara - best beloved of human kind!
When breathing the pure soul of tenderness,
She thrills me with the Husband's promis'd name!