Комната, в которой тону

Я утопленник собственного моря,
И в конце тоннеля — ни капли света.
Не бывает, чтоб человек без подспорья
Выдержал столько разрывов и бреда.

Я бы вышла в окно, да окон не дали,
Я бы бросилась вниз, но цепи гремят.
Я бы с радостью в бездну пропала,
Чтобы больше себя не встречать наугад.

Я в замкнутой клетке — обездвижена, скована,
Вместо воздуха — стены, и пустота.
Это место мрачно, безлико, поломано…
И страшнее всего, что это — я.

Я сама себе стала приговором,
И палач, и жертва в одном лице.
Каждый день проживаю как вор,
Что крадёт у себя последний конец.

Я тону в монологах без адресата,
В переписках с пустыми глазами зеркал.
И любой, кто подаст мне когда-то
Руку — выронит, будто я яд или шквал.

Я стираюсь, как строки на старой бумаге,
Как рисунок дождём смытый с окна.
И боюсь, что когда-то, в усталой отваге,
Даже я позабуду, что — это была я.

И тогда я исчезну — без шума, без звона,
Словно тень, что устала за кем-то идти.
Ни прощальных речей, ни спасённых иконок —
Только пусто внутри и нигде впереди.

Пусть найдут лишь осколки — да и то не узнают,
Кем я была и зачем жила.
Ведь всё, что осталось, уже не страдает…
Потому что меня — больше нет. Я ушла.