Большой круиз

В любом сравненье есть изъян,
но, применяя образ внятный,
о чувствах скажет океан,
о времени - отсчёт обратный.

У чести будет чёрный ствол
и крики выпавшего за борт,
у ненависти - гулкий пол
и мозг, который местью заперт.

Отчаянью - последний грош,
что отдан был в билетной кассе,
чтоб нищим, как чумная вошь,
плыть рядом с жертвой, в первом классе,

чтоб, взгляда не спустив с него,
следить, как он вдыхает ветер,
как он, любуясь синевой,
за чаем говорит о детях.

О детях! Сволочь! Говорит!
Ну, ничего, ещё немного, -
не сразу будет он убит:
сначала будет выстрел в ногу,

потом - два слова о себе, -
никто не помнит бывших клерков! -
потом - о трещине в судьбе,
о роли злобных недомерков,

приславших в офис пасквиль тот -
о крупной якобы растрате,
о том, как, обхватив живот,
жена в своём простом халате

стонала при смерти в дверях,
не веря, что их дом заложен, -
«Умри достойно, как моряк,
акула пусть скелет твой сгложет!»

А дальше - пуля для себя,
лекарством от сердечной боли,
врага в мученьях возлюбя,
но зная, кто и кем уволен!

Иначе ^ сложно в наши дни
окончить честно эту драму…
Зовут рекламные огни
в большой круиз по океану.

День выпит, лишь перо скрипит,
как плач уключин за кормою, -
беспечный город крепко спит,
объятый негой ледяною.

Записка брошена в конверт,
похожий на Пасхальный пряник.
Кают свободных больше нет,
готов к отплытию «Титаник»*.

*) 10 апреля 1912 года (на третий день после Католической Пасхи) «Титаник» отправился из Саутгемптона в Нью-Йорк, в свой первый и единственный рейс, затонув в ночь с 14-го на 15-апреля. Было спасено около 700 человек из более чем 2200, находившихся на борту. Среди спасенных оказались и герои этого стихотворения.