Клубника

Быстрым шагом я приближаюсь к тьме, которую называю своей судьбой.

Ненароком я наступаю на окровавленное сердце и замечаю, как моя шпилька вонзилась в него ровно по центру. Я оглядываюсь по сторонам и никого не вижу. Свет не горит уже давно. 

Я чувствую свои руки и дотрагиваюсь до своей груди. Мои пальцы скользят по соскам, и я ощущаю, как кровь сочится из того места, где должно быть сердце. Но его там нет.

Я вспоминаю, как восемь лет назад точно так же почувствовала, как перестали идти мои часы на белом комоде. Они стояли передо мной, пока я смотрела в зеркало. 

Но я видела в нём не себя — только свои глаза. Чёрную бездну, в которой проваливалась от ужаса и воспоминаний о нём. О том, чьё имя не хотела называть долгие годы. 

Кажется, в его глазах я могла тонуть вечность. 

Но он бы меня никогда не спас. 

В тот день я приняла ванну с гелем для душа, который пахнул свежей бабушкиной клубникой с огорода. Ту, что я в детстве нервно срывала и с жадностью ела, пока никто не видел. 

Я даже не успевала её помыть. 

Оттого она была ещё слаще.

Моя дикость не знала границ. 

Так же, как и он не видел их во мне. 

Я лежала в ванне и погружалась в воду с головой. Мне не хотелось дышать. 

Я бы стала русалкой. 

Я бы познавала морской мир. 

Но мир людей стал мне чужим.

Ни в чьих глазах я не находила ничего похожего на тот взгляд, в котором когда-то утонула. 

Моя кожа блестела от воды, как чешуя рыбы, которую только что поймали. 

Но она ускользнула.

Навсегда оставшись принадлежать лишь океану. 

Теперь я стою в своей тьме. 

Мне жаль своё сердце. 

Оно отчаянно не переставало биться. 

Я беру его в руки. 

Сдуваю пыль, как с той клубники. 

Облизываю. 

И чувствую сладкий, невероятный вкус свободы. 

Я беру его в ладонь и кладу обратно в себя.

Оно ненароком начинается бится чаще в ритм моего дыхания. Мне становится проще дышать, и я чувствую как воздух начинает становиться все легче и тьма постепенно становится светом.

Я падаю в молочный свет и открываю свои глаза. Я вижу себя в зеркале, где стоит комод на котором перестали идти мои часы. Стрелка показывает 9 вечера, и время снова начинает идти на них как и прежде. Я больше не вижу лишь свои глаза, мне открыт весь мир который я называю своей судьбой.