Приключение Феофана

Зачем? Куда? И почему
стремимся мы? - Свою Страну
лжецам вверяя и смутьянам!
Зачем, порой, играя нравом
мы столь заветны стать иными?
Неужто, места в целом мире
себе не сыщем мы вовек?
Когда бы Русский человек
воскликнул, чувства не тая –
«Всем сердцем горд Страною я!»


ПРОЛОГ

Всех вас, познал кого Друзьями
и тех, кто рядом нынче с вами
желая выразить стихами
я приглашаю в дальни дали!
Где, музой лёгкою играясь
волнений чувств преображаясь
вручу вам нежного тепла
Рождает что моя душа!

Быть может, сказка получилась?
А может, истина в том есть
строкою как приотворилась
худая веха, что не скрылась?
Она так явно в наше время
ведёт к нелепому смятенью
Желая доброе поесть
она не знает слова «Честь»!

Но не ищу себе призваний
давать советы или знаний
Я не слагаю и причин
возненавидеть чтобы мир!
И, потому, я вновь желаю
как мысли слову завещаю
чтоб каждый сам себе решал - 
«О чём он сказку прочитал?»!


ГЛАВА I
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

В неком Царстве-государстве
где повсюду благодать
где на всё одно богатство
нежеланье враждовать
древней верою и правдой
много-множество племён
сотни лет, ища отраду
проживали день за днём

Там на троне, да со свитой
да служивыми людьми
восседал из родовитых
Царь-угодниче Земли
Он величием обласкан
Знает целый его свет
И народ его указкой
процветал, не зная бед!

При Царе был верный друг
что рассеивал досуг
Не давал ему гордиться
и сомнениям копиться
Поучал, когда просили
И молчал, когда бранили
За чинами не гонялся
И пустым не занимался
Был для всех он – «Феофан»
А для близких – «просто Фан»!

Все вокруг любили Фана
хоть и родом не дворЯна
Он с улыбкой на устах
сеет радость на сердцах
Ну, а коли тишь да гладь
на лице его внимать
то, поверьте, в этот миг
он делам благоволит!
_

Но, однажды в это Царство
да с прислугой и убранством
заявилась Госпожа
тёмной ночию спеша
Под грозу, да под знамЕнья
было явлено мгновенье

Да ещё, и ко всему
наполняя череду
завалился старый клён
на церковный перезвон

Но не принято гостям
отказать по мелочам
Приютили, обогрели
Песен ласковых пропели
И под сладкое винишко
увлекли свои умишки

- Вы, скажите, Госпожа
только правда нам нужна -
Как вы в Царстве оказались?
Али, может, заплутались?

- Мы философы, поэты
и учёные при этом
Знаем много языков
и благое для умов
Помогаем на словах
поправляя на делах
И, конечно, мы важны
для раскрытия души!

К сожаленью, и книжки
да под сладкое винишко
привезённое с полей
«уважаемых людей»
так затронули Царя
вам, уж честно, говоря
что решил не отказать
и с лихвОю всё подать

- Нам по нраву те слова
что сейчас произнесла
И ближайшие твои
дюже греются души
Так что будешь ты, со свитой
благосклонностью омыта!

А, коль надобно поправить
да по-умному наставить
не смущаясь, предлагай
И новинкам поучай!

Госпожа на ту ошибку
отвечала лишь улыбкой…


ЧАСТЬ ВТОРАЯ

Год прошёл с тех пор, аль два?
- не заметили тогда!
Но по этим измененьям
вызывающим смятенье
много в Царстве изменилось
И «новинками» покрылось

У людей, что улыбались
и трудами развивались
появилось увлеченье
на иное развлеченье

Стали жить они, как в «сказке»
Но в заморской пересказке
Им родное стало чуждо
от того «Как это скучно»
Ну, а импортная блажь
насыщала антураж

Много смеха, много шуток
и веселия минуток
так уж вышло, повелось
на сознание свелось
И кружилась эта блажь
словно призрачный мираж…
_

Поучал же их тому
приведённый ко двору
консул мира Кавардак
Госпожи двоюрный брат
Был наградами он славен
И на мудрости управен
Взгляд его подобен саже
что не выразить мне даже

И поняв, что он тут «нужен»
хоть на то и не заслужен
стал до жизни поучать
да карманы набивать
Много пил, курил табак
В том и был весь Кавардак!

Ну, а как же Феофан
в «переменах» выживал?
Ведь история о нём
и куда мы с ним пойдём

Госпоже не поклонялся
И «новиками» чурался
По искусствам успевал
И в делах себя искал
В общем, был он Молодец
Феофан наш удалец!
_

Кавардак же, искушая
люто Фана презирая
предложил для Госпожи
утопить его во лжи

- Отошлём, по порученью
для Царёва развлеченья
Феофана-молодца
чтоб не мылил нам глаза
И напишем эту сказка
только нашею указкой!

Посидели они ночью
не смыкая свои очи
Понадумали былин
необъятен как наш мир
Много как в нём силуэтов
исполняемых от света
И как чудно знать о том
что не ложится умом

И, конечно, ко всему
сочинили поутру
как до Батюшки-царя
руку на сердце кладя
исповедать ту мыслЮ –
«Принести что всё Царю
сможет только Феофан!»
В том и был коварный план…
_

Госпожа же, бывши нежной
и рассказом безутешной
сладким голосом своим
донесла о том – «Что мир
необъятен совершенным
и чудесным, и блаженным!

Но имеется вещица
что сумою не вместиться!
И она являет свет
что иного в мире нет!»

Царь умом почти растаял
хоть был он неприкаян
И велел, чтоб утром рано
передали Феофану –

«Пусть мой славный Феофан
верный друг и корифан
поспешит до тех краёв
где не видно берегов!
И достанет пусть вещицу
что в сумЕ не поместится
И на том ему тогда
будет почесть и хвала!»


ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

Вечер грянул Феофану
указанием нежданным
Как позвали до себя
волю царскую неся
Госпожа и Кавардак
А случилось это так

- Сколько время, просто Фан
славный ты наш Феофан?

- Отвечал он: Госпожа
я не ведаю летА!

Госпожа аж растерялась
И немного засмущалась
Но посылы поняла
И ответ ему дала

- Да на что мне возраст твой?
Аль играешься со мной?
Мне повЕлено Царём
передать тебе о том –

«Чтобы топал ты туда
где растают берега
И нашёл Царю вещицу
что в сумЕ не уместится
Но, запомни, быть она
несравненною должна!»

Ну, а коли всё услышал
то и срок уже твой вышел
Собирайся-ка ты в путь
Только и вещи не забудь

Но и много не бери
не устать чтобы в пути
Что в сумУ свою уложишь
чем охрану не встревожишь
то и будет пусть в подмогу
тебе в дальнюю дорогу! 

А кольми не воротишься
и в итогах усомнишься
то найди себе невесту
позабывши это место
С нею деток нарожай
А про нас не поминай

Вот и всё, прости, дела!
- то сказала, И ушла

«Ох, засада, Вот, попал!
- пригорюнил Феофан
Где же мне сие найти
на неведомом пути?»

Ночь грустил и размышлял
День на сборы он отдал
Утром третьего же дня
поклонился он друзьям

И пошёл искать дорогу
уповая лишь на Бога
До неведомых брегОв
До загадочных миров…


ГЛАВА II
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

Первым днём его дорога
от родимого порога
лишь раздумий навивала
да загадками играла

На второй же, до села
та дороженька свела
Где увидел на опушке
лик печальной он Старушки
И грустнА она была
словно серая скала

Подошёл, И поклонился
И с вопросом обратился

- Дай водицы мне напиться
чтобы с жаждою проститься?
И, прошу я, мне продай
хлеб ржаной аль каравай!

И ещё о том поведай
за приватною беседой –
Что за многие печали
в эту серость повенчали?

А Старушка, повернувшись
на вопросы улыбнувшись
подала ему водицы
чтобы с жаждою проститься
Хлеба вынесла и репу
запечённую к обеду

И, немного погодя
исповедала себя

- В жизни многое случалось
Часто, было, ошибалась
И худого я испИла
И благое я вкусила

И семью я создала
сын, да кошечка моя
Жили вместе, не тужили
В том и радость находили!

И жила я только сыном
Ах, как я его любила!
И красавец он, И даром
Бог отмерил ему, право
ум такой, что не сказать
С ним лишь в городе сиять!

Потому, и отпустила
От того и затужила
Я одна теперь, одна
И болит моя душа!

Грустно ведала старушка
лишь почёсывая ушко
И грустила, что она
одинёхонька была…
_

Вдруг, откуда и не ждали
и, конечно же, не звали
появился старичок
худосочный, что сморчок

- Феофан его спросил:
Ты откуда же приплыл?
И с чего такой весёлый
словно светом озарённый?

- Так, живу я тута рядом!
Молвил дед, играя взглядом
А весёлый - потому
что иного не могу!

Нам уныние с тоскою
этой бренной чертою
посылается во дни
как исчадие любви!
А зачем тогда и жить
если жизни не любить?

Ведь уныние и страхи -
это волки и собаки
И один там интерес -
«Смотрят они только в лес!»
Но, когда их отпускаем
и кормить ни приучаем
то, и эти проявленья -
не опасные явленья!

Сразу понял Феофан -
«Вот же он, заветный план!
Только нужно всё сложить
дабы верно изложить!»

- Ты, Родная, не грусти
чтоб былое обрести
Ведь кольми нам унывать
в том и радость забывать!
А тоска - она зараза
пожирает, но не сразу!

Деток мало воспитать
Их до мира отпускать
мы должны, чтобы свершились
Делом чтоб они раскрылись!

Важно истину понять -
«Можно веру потерять
и надежу, и любовь
если стынет в венах кровь
Если юности запал
дух ребёнка не сыскал!»

Ожила на том Старушка
перестав чесать за ушком

- Правы вы, чего таить
нужно радости служить
Я сыночком лишь горжусь!
Пусть меня покинет грусть
И тоска меня, пускай
не утянет в свою даль!

Позвала гостей до хаты
Приготовила богато
Пили, ели и смеялись
да о прошлом умилялись
_

Со старушкой Фан обнялся
поутру, как собирался
Пожелав, от всей души
чтобы радости пришли

А потом, опять туда
в путь, неведомо куда
Чтоб найти свой Судьбу
в неизведанном краю!


ЧАСТЬ ВТОРАЯ

Много дней он прошагал
по полям и по лугам
Было даже, попадался
что на поле оставался
Где светила от небес
дарят множество чудес
Где луга, скрываясь мраком
расцветают ароматом

Встретил много он зверушек
И заброшенных избушек
где недавно жизнь цвела
а теперь там трынь-трава
И травою тех дорожек
под шагание двух ножек
он спешил скорей туда
где растают берега
_

Как-то раз, в погожий день
встретил странных он людей

На тропинке вО лесу
собирая пыль-росу
два десятка мужичишек
с ними пятеро мальчишек
то ли шли, то ль волочились
то ли просто заблудились

- Дня вам доброго, селяне!
От чего же вы в печали?
Что случилось, расскажите?
Может, чем помочь? Скажите!

Подошёл к нему старик
Грустью веет его лик
И ответил таковы
не сдержавши и слезы

- Мы торговцы и крестьяне
Мы обычные селяне
Сами сАдим и растим
И зимою то едим
А, что лишнее в амбрах
мы торгуем на базарах!

Повезли сегодня в город
на продажу целый ворох
Что напряли мы руками
и добыли топорами
что растили, собирали
и в амбары убирали
В общем, всё, чем мы живём
то и было же на нём!

Но, по глупости, аль дури
мы до леса повернули
Сократили, так сказать
чтоб быстрее всё продать

Эх, да знали бы тогда
где хоронится беда!
Что разбойные людишки
прохиндеи и воришки
налетят, как ураганы
оттопыривши карманы
то, конечно, обошли бы!
И в тот лес бы не пошли мы!

После, выдохнул, согнулся
И к своим опять примкнулся

«Ох, мне мимо бы идти!
Но терзает изнутри -
Почему до тех воришек
так играется умишко?»

Феофан чуть подождал
пока мысли собирал
И побрёл по направленью
до разбойного селенья
_

Сутки, двое ли шагал
хуторок он увидал
Неприметный он такой
как за призрачной стеной
И идёт с него дымок
зазывая в хуторок

А дымок то непростой
пахнет «Пиром он горой»
Манит разум и ласкает
Да поближе зазывает

«Эх, сейчас бы мне поесть!
Да с дороженьки присесть!
Да водицы, да студёной!
Да колбаски бы копчённой!»

Но, как только подошёл
то иное он нашёл
Там разбойники, злодеи
Там о смертушке радели
Там наганы и ножи
Там прескверные мужИ!

«Эдак дело занесло
меня глупое нутро
Надо выходы искать
Да головушку спасать!»

Но матёрые людишки
прохиндеи и воришки
увидавши Феофана
ухватились за наганы
Повалили, Повязали
И стащили до сарая
_

Вдруг из старого сарая
вышел, чётками играя
мужичок, лет сорока
и седая голова
Взгляд ни добрый, и ни злой
просто он совсем пустой
И, когда его ты ловишь
то лишь глупости буровишь

К Фану молча подойдя
улыбнулся ярче дня

- Добрый Друг, вот это встречу
подарил сегодня вечер!
Что ты смотришь на меня
словно я - кончина дня?
Аль не помнишь ты меня?
Али мало тут огня?
Расступитесь-ка, БратЫ
до предельной сторонЫ!

Феофан же, улыбаясь
встрече явно поражаясь
слёз едва в себе сдержав
лишь ответил: «Ты ли, Брат?!
Ты ли это, мне скажи?
Али, может, миражи
повечерью, да в лесу
исповедуют в глазу?
Как же ты сюда попал?
Как разбойником ты стал?»

Мужичок же, улыбаясь
странной встрече умиляясь
лишь добавил: «Вот уж диво
как сложилось всё красиво!»
Но в ногах не сыщем правды
А пойдём-как мы до хаты!»
_

И случилась там беседа -
«О потерях и победах!
Как он часто враждовал
пока суть свою искал
Как с бандитами связался
Как на нарах оказался
И о том, как сложно жить
чтоб с законами дружить!»

- Уж поверь ты мне, Братишка
Взялся как-то за умишко
Но меня, как от огня
сторонилась вся земля

А чинуши лили в уши -
«Что такой я им не нужен
И, чтоб топал во туды
где такие же, как мы!»

Так, в лесу и оказался
Так, в разбойники подался
Коли не кому любить -
Значит, так тому и быть!
Значит, буду воровать
и лишенья подавать!
И на том решеньем стана
нарекли за «Атамана»!

Возразил же Феофан
опрокинувши кафтан -
«Те, кто гонит и обходит
те и перхоти не стоят!
Будет Вышний им Судья!
- это точно знаю я!

Да, ты вправе отомстить
чтобы всех передавить
Даже, можешь забирать
и лишений подавать
Но итог у той «войны» -
деревянные кресты!

А попробуй стать иным
кто от жизни не остыл!
Вознесись же над причиной
что явили дурачины!»

Атаман же, погодя
руку нА сердце кладя
лишь ответил: «Феофан
долго я себя искал!
Ты, пойми, я не остыл
Просто сердце затворил
Мне приятнее во лжи
в царстве горя и моржи!»

Пригорюнил Феофан -
«Я так долго, Брат, искал
лишь минуту, лишь мгновенье
даже в сладком сновиденье
чтобы свиделись вновь мы!
А сейчас ты нем, увы!
Ты душою затворился
Знаю, горем ты упился!

Но послушай ты меня -
Знаю выход в этом я!
Отрекись всего, что было
Посмотри, как всё красиво
по рассвету, поутру
исповедует в мирУ!

Жизнь твоя – и есть весь мир!
Хоть худое сотворил
Но, поверь, и измениться
ты способен, Лишь страницы
от былого отреки

В том, и новые пути
отворят просторы дней
где иное для людей!
И твоя, поверь, Судьба
стоит злАтого пера!

- А, быть может, ты и прав?!
Может, хватит мне в лесах
душегубить и сводить?!
Может, время отворить
мне иное на душе?

Может, сыщется и мне
в этом мире, что прекрасен
и блудлив что, и опасен
нечто новое? Где я
обрету уже себя?

- Ты попробуй! Постарайся!
Наговоров не смущайся!
Ну, а я же, чем смогу
в том тебе и помогу!

И, с уверенным лицом
выйдя с хаты на крыльцо
Атаман озвучил Братьям -
Что не хочет супостатья
И решил он прекратить
грабежами только жить

- Я вам, Братики, скажу
только правду на дУху -
Много времени прошло
Славно жили, хорошо!

Но сейчас в моей душе -
нечто новое уже
И поэтому, простите!
И до нового пустите!

Кто же хочет быть со мною
на пути, что за мечтою
попрошу вас, поутру
взять по резвому коню
И поедем мы туда
где большие города!
_

Отоспавшись, утром рано
взяв, что меряно карманом
Атаман и Феофан
не имея даже план
вышли нА двор, на большой
Там накрыт был пир «горой»

Там и семеро уж ждали
И решенье оглашали -
«Будь и дальше нам главой!
И веди нас за собой!
Будем жить, как ты укажешь
повторяя, коль покажешь!
Это общее решенье!
В нём не ведаем сомнений!»

С остальными попрощавшись
погрустив и посмеявшись
сели резвых на коней
И отправились скорей
направлением туда
где большие города!


ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

День скакали, и другой
через лес, через глухой
через гущи и поля
где мелькали тополя

Фан же ведал новым Братьям -
«Как им жить без супостатья
И что важно понимать
чтоб закон не нарушать!»
В общем, был тот диалог
как один большой урок!

И раскрыл он им заданье
что вручили в наказанье
От того, как не хотел
он чужое за удел!

- Может, видели, БратЫ
в этом мире где и вы
ту вещицу, что сумой
не вернуть к себе домой?

Размышляли, Вспоминали
Но вещицы той не знали…
_

Вскоре город показался
Он столицей оказался
Царства дивного, иного
Но, по духу, им родного

- Ах, Столица хороша
словно есть у ней душа!

- Много красок и узоров
на дворцах и на хоромах

- Много женщин и мужчин
насыщают новый мир!

- А проспекты, а фонтаны
а красивые каштаны -
Али, то не совершенство?
Али, это не блаженство?!

Попросились на постой
в дом старинный и пустой
Убедивши лишь словами
стать хорошими жильцами…
_

Восемь месяцев прошло
Дружно жили, хорошо
Ели вместе, просыпались
И трудами развивались
И ремеслами блистали
И по силам помогали

Но, постойте! Как злодеям
что иначе жить посмели
эта благость, без клейма
да по жизни поданА?
Как возможно то в мирУ
всё не ложится к уму?!

Сложно этому внимать
если грешен осуждать
И не может вразумить
чтоб благое ощутить!
Ведь, бывает, что и люди в
коих нет уже прелюдий
исповедают себя
нечто славное неся!
_

Только Фан обеспокоен
Совесть мучает героя -
«Как же близкие мои
проживают эти дни?
Неужели, стоит сдаться
и домой не воротаться?»

Обратился он до Братьев -
«Я горжусь, как супостатье
вы в себе, да отмели
исповедуясь любви!

А теперь же должен я
сеть на резкого коня
Важно дело завершить
и вещицу раздобыть!»
 
- Что ж, Братишка, понимаем!
И тебя мы отпускаем!
Благодарны мы тебе
исповедал как в душе
нечто новое, Что мы
воплотили до мечты!

Поклонился Феофан
Братьям, дому и делам
Дал напутствий и советов
не смущая их при этом

И поехал он туда
сев на резвого коня
где неведомые дали
Где, быть может, и печали
исповедав славный путь
отворят благую суть?..


ЧАСТЬ ЧЕТВЁРТАЯ

Долго ль, коротко ль скитался?
На войне он оказался
Где былого радость дней
не вселяется в людей
Где и горе, и разруха
Где бесчестия порука
И так сложно где, увы
отыскать свои мечты!

Фан не стал искать пути
чтобы край той обойти
Ни о чём другом заботы
среди горя и невзгоды
он не в силах был зачать
Стал больных он врачевать

На войне свои законы
И они уже не новы -
«Если все, одним порывом
получаются едины
то, когда и соберутся
до победы доберутся!

Ну, а, если же мутить
да друг другу ворожить
то, на этом, лишь петля
самому и от себя!»
_

Месяц там прошёл, аль два?
Не заметил он тогда!

Ведь война, она такая -
и суровая, и злая
И благой она бывает
И победой искушает
Но, всё ж чаще – это горе
И его, порою, море!

Как-то раз, да при больнице
что на самой на границе
не хватило им коней
и проверенных людей
Фан, на том не сомневаясь
взял оглобли, запрягаясь
И повёз больных мужей
средь безжизненных полей

Но тут свист, протяжным воем
исполняет что героев
Был далёк, и сразу близок
За секунду ставши низок
превратился в громкий взрыв
землю пламенем разрыв!

И на миг всё прекратилось…

Но потом, вдруг, озарилось
отдаваясь тяжким гулом
Словно жизненным прогулом
Словно только осознал -
«Сколь ты много потерял!
И что жизнь твоя зазря
прожитА до сего дня!»

Фан, едва придя в себя
понял в миг тот – «Вот, что я
на пути своём искал!
Ах, как долго я блуждал!
А «вещица» та со мною
одеснУю стороною
всё то время и была
Ведь она - моя Душа!»

И теперь он точно ведал -
«Как Царю подаст ответы!»


ГЛАВА III

Ехал долго средь полей
где забыто про людей
Упоительной где нотой
исповедует природа

Брёл он горными хребтами
где рождаются мечтанья
Красотой величий где
ты исполнен на душе

Плыл по бурной он реке
А, порой, и налегке
он ступал стопой босою
омываемый росою

Так, добрался и домой
на порожек на родной!
_

Любо-радостно всем стало
как Столица возглашала -
«Что вернулся Феофан!
И в пути он не пропал!
И вещицу он обрёл!
И она теперь при нём!»

Во дворце посовещались
долго, правда, не общались
И решили - «Поутру
пригласить его к двору
Дабы лично появился
и добычей поделился!»

И той ноченькой беспечной
на догадки скоротечной
задавался лишь вопрос -
«Что же Фан с собой принёс?
Ведь не видели вещицу
что в сумЕ не поместится!»

Кавардак же, искушаясь
с сигаретою снашаясь
то и дело, по углам
всё отдушину искал
А герой наш отдыхал
Не грустил, Не горевал!
_

Поутру же, на рассвете
пока спали мАлы дети
собрались, да во дворце
все подручные уже

Госпожа, держась в улыбке
сознавая тень ошибки
приказала замолчать
чтобы Фана испытать

ВОТ СЛОВА, ЧТО ЗАЛ УСЛЫШАЛ!
ВОТ РАССКАЗ, ЧТО ЗА ГОД ВЫШЕЛ!

Дня вам доброго, князья!
И, конечно же, Друзья!
Долго был я на заданье
что мне дали в наказанье
от того, как не хотел
нам чужое за удел!

Только, как же обрести
что не в силах ты найти?
Как же истину познать
коль не знаешь, где искать?

Право, грезились сомненья
через сложные решенья
Потому, и шёл туда
где я не был никогда!

Повстречал в пути старушку
что грустила на опушке
И жила старушка та
нелюдимою, одна

Чем помочь? - Тогда не знал
лишь словами поддержал
Вроде, мелочь и пустое?
Но увидел я благое!

Это сложно рассказать
И на слове передать
«Это - нечто неземное
может даже, и чудное
Как в мгновение одно
пробуждается нутро!»

После, долго я скитался
Не соврать, что потерялся
Но, в один погожий день
повстречал в лесу людей

Так уж вышло, что они
заблудились на пути
И пройти решили там
где разбойничий бедлам

Право, малая вина
что удача подвела
Их не стану я судить
Не берусь я и хвалить!

Ну, а мне бы обойти
да кольнуло изнутри
Да, кольнуло сильно так
что пошёл туда, дурак!

Так, набрёл я на бедлам
Где разбойный Атаман
отрекаясь жизни прошлой
и опасной, и тревожной
исповедал лишь делами
нечто важно меж нами

Уверяю вас, я, Други -
«Очень сложные науки
как, по множеству причин
средь суровости мужчин
появляются в мирУ
душегубы, Лишь могу
на одно я указать -
Важно совесть не терять!»

Ну, а далече, Друзья
позвала меня война!
Где укрылась вся причина
за симптомой дурачины -
«Что не ваша та земля!
И живёте вы тут зря!»

Там увидел, как наживой
сотворили дело лживым
И пришли, чтоб убивать
дабы «благо» обретать

Но, и были там другие -
Кто, по совести, иные
Я не видел в их глазах
ни сомнения, ни страх
И, что странно, те ребята -
лишь обычные солдаты!

Среди горя и смятенья
мне открылось откровенье –
«Что, когда бывают мука
доблесть, гордость и разлука
все повязаны в одно
словно Вышними дано -
Лишь тогда мы пониманием
через видимость страданий
как худое от войны
исповедует Судьбы!»

А теперь, мои Друзья
вот находка от меня
Я обрёл её «у края»
ценность жизни постигая –

«Мы свершены лишь тогда
и угодны нам летА -
Как, на друга опираясь
мы идём, не спотыкаясь!
Может как мы доказать
что умеем созидать!

Да, пускай, мы и простые!
Даже, может, и чуднЫе?
Даже мысли, и пускай
кружат малым «Ай, Ай, Ай»!
Но опасно нам, в погоне
за неправедным устоем
потерять своё нутро
Любо-дорого оно!

Нам от предков то досталось!
Это кровию впиталось!
Нам негоже, отрекаясь
брать чужое, преклоняясь!»

И хотело бы я, Друзья
страха боле не тая
донести до вас ещё
что в уме, как остриё –

«К нам явился хитрый Враг
Госпожа и Кавардак!
И решивши, что им можно
поменять нас осторожно
превратили наши дни
в ту же серость, что они!

Но, вы вспомните, как жили!
Как с соседями дружили!
Как ценили мы друг друга
исповедуя то чудо!
Как в делах мы развивались!
Как на ближайших опирались!
Ведь мы были мастера
доктора и повара!

Жаль, забыли ненароком!
Но, да будет нам уроком –
«Что негоже забывать
и наследие топтать!
За которое нам предки
наваляют, да «по кепке»!

Вот, что я в пути обрёл!
И теперь оно - Твоё!
Волен, Царь, ты выбирать
как находку называть!
То - ни вещь и игрушка
и не дивная зверушка
И сокрыть о том за ложным
нам никак уже не можно!!!»

Зал притих. И лишь дыханья
да вельможивы метанья
по невольности причин
исполняли тех картин

Царь же, скипетр поднял
И такой ответ подал -
«Принимаю я вещицу!
Но пущай переварИтся!
Дай мне времени чутка
чтобы свыклась голова
Завтра утром, как придёшь
ты ответы обретёшь!»
_

Что и Как у них решалось?
- это тайною осталось!
Лишь, случилось что с утра
то и вынесла строка
 
Царь, с вельможами войдя
молча к Фану подойдя
дал такой ответ, в награду
обнимая словно брата –

«Всех, кто прибыл с Госпожой
воротил назад домой
Нет их боле в нашем Царстве!
Нет их воли в государстве!

А с тобою нам пора
закатать два рукава
Нужно Царство развивать
и делами укреплять

В том, даю я порученье
и великое врученье
Ведь сие ты заслужил
тем, как славно послужил!»

Ну, а дАлече, Друзья
много дивного тогда
приключилось и случилось
Но в сие не поместилось!


ЭПИЛОГ

Ну, вот и всё, листы полны
Я ставлю точку в изложенье!
Устали мысли и перстЫ
Да и пусты уже мечты
в которых, может быть, до вас
и был написан сей рассказ!

Я лишь желал вам настроений
строкою сказочной сваять
Чтоб не питали вы стремлений
души безвольной убеждений -
«О том, души как кавардак
исполнит верное в умах!»

Да, возможно, мы простые?
И хохочут за бугром
лишь на том, как мы, чудные
удалые, озорные
всё никак в своей душе
не умаемся уже!

Но, зачем же быть иными
умещаясь в грешном мире?!
И зачем того желаем
что в себе не понимаем?!
Ведь, забывши о своём
мы теряем чудный Дом!