Меня опять хотят убить

Я не хочу об этом помнить,
Мне грезится о всём забыть.
Но кто-то написал стотомник:
Меня опять хотят убить.

Края страницы ранят руки,
Слепит бумаги белизна,
Вес этих книг не в силах внуки
Поднять - ведь в книгах сатана.

Там режут месячных младенцев,
Жгут семьи в адовом огне,
Там нож вонзят мне снова сердце,
И крест начертят на спине.

Там дед мой юный в ночь могилу
Опять ногтями будет рыть:
Малютку брата, и не жил он,
Настало время хоронить.

Там зверь, там черт, там сущий дьявол
Размозжит тысячи церквей.
И всё им мало, всё им мало -
Смотри и плачь, Варфаламей!

О том аду мои седины,
Безрадостный, потухший взгляд.
Нет, не года мои морщины
В неровный выстроились ряд.

Я не хочу об этом помнить,
Но как забудешь? - ведь во мне
Четыре литра красной крови
Напоминают о резне.

Любимый Дед на небе синем,
Тебе там ближе до Него,
Спроси, ну по каким причинам:
Был - человек, стал - существо?

Спроси, когда затянет раны,
Дудук в мажоре петь начнёт,
Когда вода в родном Севане
От горя горечь перебьёт?

В старинном храме, с прокопченным
Неровным куполом, в стене
Свеча горит о горе чёрном
В гнетущей чёрной тишине.