Собака

Казалось бы, что толку от нее?
Имущество, жилье не охраняет.
Везде и всюду мокрый нос сует.
Назойливо и беспричинно лает.
Породистая. Йоркширский терьер.
По факту - мелочь, недоразумение.
Ну разве что дополнить интерьер.
Или испытывать хозяйское терпение.

Её так мало. А на деле очень много.
Она везде. На кухне, в туалете.
От дальних уголков и до порога
Препятствий нет испорченной ракете.
В квартире все - любимая игрушка.
Дурилка. Скачет, прыгает, порхает.
И вся моя постель, моя подушка -
Её подстилка, если отдыхает.

С ума свела причудами своими.
Без устали и без ограничений.
Неутомимостью и мертвого поднимет.
Приобрели себе клубок мучений.
Скрипел, сопел, пыхтел, но всё ж повелся
На уговоры - завести собаку.
Потом терпел. С женою не развёлся.
Зато скандалил. Был готов на драку.

Но вот ведь парадокс, - она цепляет.
Своей наивностью, бесхитростностью, лаской.
Обыденность игриво разбавляет.
Жизнь наполняется какой-то новой краской.
Легко пройдет сквозь кукольную дверцу.
Свободно затеряется в траве.
Откуда место столь большому сердцу,
В таком миниатюрном существе?

И вот итог. Ну кто бы мог представить?
А это чучело становится роднее.
И на минуту без вниманья не оставить.
Но как-то радостнее и приятней с нею.
Идешь домой, она к тебе несется.
Скребется, лает в предвкушенье встречи.
Глядишь, уже за дверью остается,
Все, что печалит и оттягивает плечи.

Припомнив постулат Экзюпери,
Из книжицы, что многому учила,
Жена сказала как-то: «Посмотри.
Она нас безвозвратно приручила».
Теперь наивно спорим иногда -
Кого собака наша больше любит?
Впадаем в детство, хоть уже в годах.
И каждый в свою пользу правду рубит.

Как жили без нее, уже забыли.
Лишь помнится, что вещи не валялись.
Себе мы предоставленными были.
И при желании покоем наслаждались.
Но что за прок к спокойствию стремиться?
Порядок и условности блюсти?
Когда такой любви могли лишиться.
Такую преданность могли не обрести.