Обращение к молчаливому слушателю

(Монодрама, по мотивам рассказа Евгения Мирмовича
 «Монолог старого почтового ящика»)

«…Я прожил ярко, долго и полезно…»
                (Евгений Мирмович)

Я искорежен, погнут, поцарапан,
Век мой подошёл к концу.
Мне приговор давно состряпан,
Пространство отдаю юнцу.

Всё ближе голоса людей слышны,
Которые исполнят приговор.
Сегодня меня снимут со стены,
И бросят как ненужный сор.

На моём месте лишь останется –
Прямоугольник синий.
Через два дня – избавятся,
Чтоб было всё красиво.

И о моём здесь пребывании –
Никто уже не вспомнит.
А приемник с придыханием,
Эту пустоту заполнит.

Он компактный, новый, модный –
Пахнет свежей краской.
До писем и газет ещё голодный,
Не ящик – просто сказка…

Да, когда-то стены дома были синими,
Вспоминаю это, как сейчас:
Я был молодым, блестящим, сильным,
В норме были профиль и анфас.

По утрам мне приносили свежие газеты,
Их забирал седой старик с усами,
Всегда опрятный, в пиджачок одетый,
Звенел медалями и брякал костылями.

Он, шоркая, подходил ко мне неспешно,
Раскачиваясь при каждом шаге.
Почту доставал, губами шевеля потешно,
Будь-то, разговаривал с бумагой.

Кряхтя и улыбаясь, от меня он удалялся,
Шоркая на лавку у забора.
Там, закуривал – по-своему уединялся,
Утопая в дымке «Беломора».

Раскрытая газета, словно белый парус –
Порхала в голубом дыму.
А дедушка подкуривал без пауз,
Серьёзная статейка по всему.

Радость особая в глазах его витала,
Когда журнал листал он «Огонёк».
Касался трепетно страниц журнала,
Переживая упоительный восторг.

Запах свежей типографской краски,
Цветные фото ледоколов, космонавтов,
Слезится заставляли выцветшие глазки,
Он, то ли улыбался, то ли плакал…
 
Однажды он причапал с внучкой,
Кудряшки скрасило перо.
Девчушка ловко запустила ручку,
В моё раскрытое нутро.

Округлились озорно зелёные глазёнки,
Мне захотелось крохе услужить
И я учтиво предложил ей газетёнку,
Желая радость любопытства утолить.

С улыбкой дедушка отвёл её в сторонку,
Радость не возможно было скрыть,
Она смеялась от восторга громко,
Смех тот, до сих пор мне не забыть.

Ещё не раз девчушка забирала почту,
Сидя на руках у мамы молодой.
А старика, я больше не слыхал шажочки,
Наверное, ушёл он на покой…

Мне больше «Огонёк» не приносили,
Естественно, отпала в нём нужда!
Дама желает модной быть, красивой –
Раз в месяц приходил журнал «Бурда»

Отныне, девичьи расставлены акценты,
Женская пикантная изнанка:
Выкройки и кулинарные рецепты,
А именно: «Работница», «Крестьянка».

Но иногда – в качестве особого десерта –
Сплошь оклеены цветными марками,
Падали письма в «боевых» конвертах[1],
Порхало счастье женское за рамками!..

Но однажды, осенью холодной –
Письма перестали приходить.
Я висел порожний и «голодный»
Стараясь, состраданье проявить.

Она в мгновенье как-то потускнела,
Я на висках заметил седину.
Ссутулилось от горя её тело,
Глаза утратили былую глубину…

Зато девчушка подрастала быстро,
Превращаясь в юную красотку.
На бегу, хватая «Ленинские искры»
Наспех у глазёнок, делает подводки.

А часто, просто забывала про меня,
И резво пробегала мимо.
Да, быстро повзрослела малышня,
Время мчит неумолимо!..

Но чудо как-то вдруг случилось,
Стала заглядывать в меня!
Ну, надо же, скажи на милость,
Копается, мой скарб тесня!

Готов от всей души уважить,
Но нечего мне крохе дать.
Может голубка мне подскажет?
Но от неё не дать не взять!

В меня ругалась корча рожи,
Чуть не сорвался я с петель!
Но вот, из сумки бурой кожи,
Письмо упало в мою щель.

И вот, он тот момент счастливый,
Ей повезло на этот раз.
Она мне улыбается учтиво,
Я радости внимаю глас.

Прижав послание к сердечку,
Умчалась молнией мамзель.
Счастливых наблюдал бы вечно,
С улыбкой открывая дверь...

В меня частенько стали доставляться,
Конверты с ландышем в углу.
Прочтя одно – второе не могла дождаться,
Ко мне стремглав бежала поутру...

Но вот, ведь здесь, какая штучка!..
Я стал свидетелем невольным,
Как наша девица идёт под ручку,
С бывшим другом своим школьным.

В меня, по-прежнему хотела заглянуть,
Но в нерешительности замирала.
Может, боясь, любовь свою спугнуть?
А может, потихоньку забывала...

Парень удивлённо на неё смотрел,
И они обнявшись уходили.
Письмо отдать, я так и не сумел,
Наверное мне духу не хватило...
 
Писем стало много, мой объем иссяк,
А ей, казалось, дела до них нет.
Я чувствовал, что что-то тут не так,
И время подсказало мне ответ…

Осень, слезами, погасила яркий свет!
Забрала письма – облегченье мне.
Но ландыши исчезли, и не несут газет,
Я остался сам с собой наедине…

Мимо хозяюшка прошла с коляской,
Взгляд её искал ответ.
Счастлива ли? Опускает глазки,
Внутри – лишь грусти силуэт.

Я ждал газет, журналов, писем –
Пустота!..
Счета вползают только слизнем,
Квитанции, как новая черта!

Их хозяйка забирала, равнодушна и бледна,
А однажды заглянув в одну –
Выругалась грубо, словно в ней война,
И побрела, даже дверцу не замкнув…

Потом работа – боль, рекламы водопад,
Бумажный мусор сыпался, я задыхался.
Захлёбывался я, ей не было преград,
Его везде бросали, я в нем тонул, ломался.

Однажды подпалили, всё сгорело в прах,
Словно деревня сожжённая дотла.
Я черный изогнулся в пепельных слезах,
Понял – умираю, жизнь моя прошла.

И даже перед смертью, я всё ещё скучаю –
По журналам и газетам, особенно по письмам.
Свою услугу почтальону предлагаю,
Надеясь, что он, что нибудь в меня протиснет.
 
Но то, что было прежде, вытесняет новь,
Девиз сегодня: «Пережиток изживи!»
И редко на бумаге пишется: «Любовь!»
Прогресс везде, куда не посмотри…

Да, время мчится, его прыти не унять,
Хозяйка посидела, дочка подросла –
Вскоре начнёт приветы получать.
Пусть ландыши цветут на их углах!..

Я – почтовый ящик, и жизнь моя игра,
Каждый день надежда, новая пора.
И вчера случилось чудо, новый поворот,
Сбылись мои надежды, это новый взлёт!..

В рваных джинсах, лёгкой поступью,
Беглый взгляд скользнул в экран,
И вдруг, как эхо с давней проседью,
Девичий визг, забытый, как туман.

Восторг и радость, звонкий, чистый, шалый,
Взлетел над суетой обычных дней.
Она экран мобильный нежно целовала
Как будь-то это Он, а не дисплей.

И вверх по лестнице, как птица,
Взметнулась лёгкими прыжками –
Я за неё, ей в след молился:
«Не повторяй ошибок Мамы!..»

Мой приемник – жизнь твоя иная,
Не знаю, что тебе судьба несёт.
Знаю – моя судьба, была людская,
И за неё никто не упрекнёт.

Я умираю счастлив – без сомнений,
Ведь в глазах девчонки, что прошла,
Зелёный свет, без всяких изменений,
Большие, добрые глаза.

август 2025г.
________

[1] – письма из Афганистана;