Безликий

Неся, как крест, чужой, навязанный удел,
Перебирая шаг за шагом, надеясь: вечность — не предел,
Я рассекал грань бытия меж жизнью и концом,
И стёр пределы, упразднив смысл венцом.
Неся по истине нетленный свет внутри себя,
Я озарял ту тьму, что следом грань вела, свербя.
И каждый шаг был вспышкой в пустоте,
И каждый взмах — как мир в его красе. 

Но я страдал под ношей этого креста,
Неся любовь в мир, что пал, не видя дня.
Тот свет, что грел сердца, стал бесследно пропадать,
А я кричал: «Как сильно я боюсь его терять!»
И я искал то место, о котором все молчат,
Где тишина, покой и мир в душе царят.
И верую: своею силой стены сокрушат, 
Себя повёл тропами я, что даже тьму страшат.

Идя к вратам в безликий край, сквозь прах веков ступая,
Желаю обрести покой, себя не подавляя.
Я вижу храм, там свет лучей, где путник у дверей.
В его глазах — бездонный свет, как отблеск вечных дней.
Его покров — из тысячи теней, как тайный шёпот негаснущих огней. 

Беззвучно, в тишине, за ним шагнув за грань,
Я обернулся у колодца амритовой воды,
Что испивают смертные из чаш в гортань
И отдают себя богам на смену тишины.
С них лики все спадают, и, обнажая душу,
Тела их тают в бездне под тихий стон гнетущий.

Нет имени теперь, нет цели и желаний —
Есть только Абсолют, что вечен в храме знаний.
Теперь его теряют в ночи звёздных сияний,
И, распыляясь в мраке, один он наблюдает.
Он видит взгляд из сумрака изгнаний, 
Он правит миром этих состязаний, 
Где, борясь за маску на своём лице,
Теряю я свой лик последним в алтаре.