Толкьо

Больше лирику не продают в аптеках за городом.
Летнее солнце без просроченных вьюг - непростительно дорого.
Ко мне ночью во снах на юг не являются голуби.
Только ворона старого глаз прельщается прорубью
странного неба, значит всё ещё холодно.

Все банальные строки на кофейных листах - знаешь, будем вниз
опускаться. Вагонный нистагм не меняет лиц.
Крайней точкой в простывших местах, вопреки границ,
нам послужит, ударивший в статую будней, молот.


Что касается звёзд, то они всегда. Но после
бега времени хруст костей не оставит горсти
уцелевших в сутолке дней. Приглашают в гости
только тех, кто в грядущем прошлом остался молод.


Давно ходил по сырым бульварам осенью,
толкая её ногами назад по просеке.
Как недорогие монеты, в цветущий фонтан листья бросили
клёны, обещая возвращение гордое.


Только его мне не надо. Трагедию я убил в себе.
Цветов всполохи, внутренний двор, потускневшее
расстояние между слов, тот разговор взвешенный
рассыпался. Слово сказано - значит продано.


Мне не к месту сегодня звезда полярная,
небосвод - живописца доска малярная.
В топке чувств произведение вдруг скалярное
развернуло пространство в другую сторону.


Звезда молча смотрела. Грустит немножко.
Со скамейки во внутренний двор. Там кошка
грациозна в любой из поз. Понарошку.
Нет, всегда лучше стихотворения долгого.


Кошка гладит мне душу, улыбаюсь в ответ.
Непонятное наружу доставая вслед
выражение лица. Никакой совет
ей не нужен. Я перед ней беспомощен.


Звёзды, дождь, синева. Всё менялось раньше,
бутафорские с души обрушая камни.
Даже кусты анаши не откроют ставни.
Я боялся, что снова ударит молния.


Мы сидим в темноте, как Платон в пещере,
неуклюжих разлук наблюдая тени.
Остаётся нам страх и трепет. Звери
не придут к нам. Сегодня они не голодны.


Не выбирая пейзажи леса или статику города,
задаётся вопрос, изначально проклятый,
и для каждого свой. Для ответа строгого
буквы выбери, время совсем не долгое.






Мне действительно страшно. Пугает меня не холод,
его нож мне по-свойски привычен уже.
Даже смерть, издали взглянешь, - ничего такого.
Быть не требуется настороже.
Но когда не осталось совсем иного,
когда прошлое с тобой поквиталось всласть,
ты до боли внезапно теряешь власть.
Любовь - самое страшное слово.
Обнажённое, как поцелуя пасть.