Мытарства-страсти пиратки Насти

Настя от жизни своей устала,
И до предела дошла, накала,
С детства она не любила рома,
Но полюбила пирата Рому.
Рома-пират её вскоре бросил
И развернул свой к Энн Бонни носик,
Вскоре в бою он свой дух оставил,
Ну и его мы совсем оставим.
Настя жила во Петра эпоху,
Были тогда на Карибах лорды,
И получали свои синяки
В битвах пираты-висельникИ.


-Джон, это правда, что все пиратки
Все некрасивы, на жопу гладки?
-Нет, миссис, это совсем не так,
Жопы у них словно Альпы как...
 

Сей диалог в кабаке услышав
Настя, сидевшая там как мыша,
Чуть не взорвалась от злого гнева,
"Гладки?" "Как Альпы?!" Вот это дело!!
И негодуя на эту пару,
Села на шхуну с названьем "Парус".
Боцман сей шхуны был хоть и строг,
Падок однако на женский пупок.


"Парус" проплавал ровно три дня,
Как налетела куча ребят,
Стали из пушек палить по корме,
Кровью кормить акулишек морей.
Настю пираты достали из трюма,
По доскам шершавым ногой став хлюпать.
И развели бы, конечно, потеху,
Девушка им, как в Египте снегу,
Но не учли, что фитиль то зАжжен,
Будет от шхуны пуда три сажи.


Взрыв раздаётся, братва погибла,
Настя и пленные тоже, видно,
Может тебе то читатель и скучно,
Да и примолвишь ты: "Ненаучно"
Я соглашусь лишь с тем, что Насть
Нет таких больше, не выпала масть.

Да, вас с названьем натрахал нехило
Настя пираткой ни часу не бЫла,
Вовремя Настю прибрал к себе бог,
К Кубе прибив ее пару чулок.
Хочешь мораль обрести сей басни?
Настя в сей басни огрЕбла по пасти.
Да, эту девушку очень жаль,
А не пиратов, что грабят шаль.