Взгляд со стороны

Я слышал, что у лебедей
В семье почти как у людей:
Что там есть он, и есть она —
И будет век ему верна.

Ещё я слышал, лебедята —
Как будто гадкие утята:
Они растут — хохочет пруд,
Но всех потом перерастут.

Вечерний воздух в ресторанах
Был полон окриками пьяных;
А лебедь, спавший на пруду, —
Он не способствовал вреду.

Был лебедь тих, а город — шумен.
Был он разумен, мир — безумен.
Но как так вместе всё сошлось,
Что мы все вместе — но и врозь?

Ещё вопрос: коль веселиться,
То почему такие лица?
И почему из всех свобод
Мы предпочли… Вот это вот?

Считать романтикою бунта
Такое принято как будто:
Вино и карты, пьяный секс —
Какой оригинальный текст.

Но я, конечно, не про пьяных
(Уж кто из нас-то без изъяна) —
Но почему за сотни лет
У нас идей получше нет?

Конечно, вышел стих пространным,
Но мир людей стал слишком странным —
Рассказ о птицах можно нам
Читать, как рыцарский роман.

Итак: родился неказистым
В пейзаже голубом и чистом.
Затем его отец и мать
Учили по небу летать.

Он рос, и по своей породе
Стал статен, прям и благороден.
Он стал красивей во сто крат —
Ну, словом, как аристократ.

Романтик по натуре истый,
Искал любви — большой и чистой.
И он нашёл; и много дней
Он был счастливым рядом с ней.

Он защищал её так рьяно
От кошек, псов — и хулиганов…
Увы, сейчас на глади вод
Его я вижу одного.

Сейчас он стар. Из центра пруда —
Наверно, думает оттуда:
«Как грустно всё у лебедей…
Но хоть не так, как у людей».