Утренний свет

Когда рассвет окрасит небосвод,
И свет прольётся тонкой позолотой,
Я просыпаюсь, чувствуя полёт,
Как день встаёт над тишиной восточной.

В душе моей струится свет весны,
Ты в сердце — тишь, дыхание и сила.
Я открываю глаза, и в тени
Ты — словно сны, что память сохранила.

Ты — утренний покой вблизи ручья
Что свет несёт, скользя меж елей зыбких.
Ты — в шорохе проснувшегося дня,
В прохладе трав и в отблесках улыбки.

Ты — в шёпоте, где память вновь звала,
Где сердце ждёт, забыв про все сомненья.
Ты — свет во мне, как будто из стекла,
Что в душу лёг без боли и волненья.

Пусть иней лёг на золото ветвей,
И тучи спят на склоне у оврага.
Я чувствую: под тяжестью дождей
Горит во мне тепло — не ради блага.

Всё отзвучало — и дожди, и сны,
Но свет в душе остался непогасшим.
И сквозь года в молчании весны
Он говорит о главном — настоящем.

Авторский комментарий к стихотворению

Стихотворение «Утренний свет» родилось как отклик на состояние пробуждения — не только телесного, но и внутреннего. Это не рассказ о времени суток, а молитвенное приближение к моменту, в котором всё становится ясно без слов. Рассвет здесь — не пейзаж, а знак преображения. Свет — не физическое явление, а касание чего-то выше нас, тонкого, настоящего.

В суфийской традиции есть понятие фаджр — рассвета, когда ночь уходит, и с ней исчезает отделённость. С первым светом человек словно «слышит» мир, как если бы он был не внешним, а отражением его внутреннего состояния. Именно такое слышание стало источником этого стиха. В нём «Ты» — это не просто возлюбленная, не только образ любви — но и символ Присутствия, отражённого в каждом чувстве, в каждом движении, в каждом пробуждении.

1-я строфа

Когда рассвет окрасит небосвод,
И свет прольётся тонкой позолотой,
Я просыпаюсь, чувствуя полёт,
Как день встаёт над тишиной восточной.

Стих начинается с момента, когда мир «ещё не проснулся», но уже перешёл порог. Это тонкая граница, когда ночное молчание ещё звучит, но уже преломляется светом. Рассвет — в исламе и суфийской традиции — символ начала откровения, момента, когда приходит ильхам — вдохновение, ниспосылаемое не по воле, а по милости. Позолота — это не золото как блеск, а свет как прикосновение. Он не обжигает, а проникает мягко, как внимание Возлюбленного. Полёт — это образ освобождённой души. Проснуться — значит почувствовать себя частью потока, не центром мира, а его дыханием. И восток здесь — не сторона света, а направление сердца, потому что в арабской традиции Восток — место рождения света и откровения.

2-я строфа

В душе моей струится свет весны,
Ты в сердце — тишь, дыхание и сила.
Я открываю глаза, и в тени
Ты — словно сны, что память сохранила.

Здесь происходит смещение: свет из внешнего — входит внутрь. Свет весны — это внутреннее обновление, возвращение живой струи, которая была перекрыта. Весна — в суфизме — образ воскрешения души после «зимы забвения». Образ «Ты» впервые произносится явно. Это возлюбленная, но не в психологическом, а в символическом смысле — она и есть тишь, дыхание, присутствие, знание, которое не нуждается в доказательстве. Слова «в тени» — ключевые. Это не тень как мрак, а тень как промежуточное пространство между светом и телом, между мирами. В этой тени всплывают сны памяти — следы встреч, которые происходили в глубине. Возможно, не во внешней жизни, а в бессознательном или духовном пространстве.

3-я строфа

Ты — утренний покой вблизи ручья,
Что свет несёт, скользя меж елей зыбких.
Ты — в шорохе проснувшегося дня,
В прохладе трав и в отблесках улыбки.

Здесь — конкретизация: «Ты» не как идея, а как присутствие в каждом ощущении мира. Утренний покой вблизи ручья — образ духовной ясности, которую можно почувствовать, но нельзя удержать. Ручей здесь несёт не воду, а свет, то есть — он не утоляет жажду, он озаряет движение. Шорох, прохлада, отблеск — это сенсорные проявления Того, кто невидим, но чьё присутствие узнаваемо. Это строфа про то, что возлюбленный — не где-то, а во всём. В дыхании природы, в утреннем прикосновении — здесь, сейчас, в покое.

4-я строфа

Ты — в шёпоте, где память вновь звала,
Где сердце ждёт, забыв про все сомненья.
Ты — свет во мне, как будто из стекла,
Что в душу лёг без боли и волненья.

Эта строфа говорит о встрече в глубине памяти. Память здесь — не как воспоминание ума, а как память сердца, зикр, вспоминание о Возлюбленном. Сердце ждёт — не потому, что надеется, а потому что узнаёт. Забыты сомнения — это состояние якин — духовной уверенности, которую нельзя получить логикой. Образ «света из стекла» — прозрачного, чистого, но не ослепляющего — говорит о незримой ясности, которая не требует объяснения. Свет лёг в душу без боли — то есть без борьбы, без вторжения. Это не страсть. Это узнавание и принятие.

5-я строфа

Пусть иней лёг на золото ветвей,
И тучи спят на склоне у оврага.
Я чувствую: под тяжестью дождей
Горит во мне тепло — не ради блага.

Это строфа о времени испытаний. Появляется иней, тучи, дожди. Но в них нет угрозы. Они — часть пути. «Тучи спят» — значит, даже в тяжести есть покой, завершённость, усталость, похожая на милость. «Под тяжестью дождей» горит тепло — то есть даже в испытании любовь не исчезает, а наоборот — становится бескорыстной: не ради блага, не ради награды, а ради самой себя, ради Света, как свидетельства. Это уже любовь не чувствующая, а знающая, не ищущая, а хранящая.

6-я строфа

Всё отзвучало — и дожди, и сны,
Но свет в душе остался непогасшим.
И сквозь года в молчании весны
Он говорит о главном — настоящем.

Финальная строфа — тишина после музыки. Всё прошло — сны, дожди, движения — но остался свет. И это — главное знание, к которому ведут не слова, а опыт внутреннего молчания. Молчание весны — это покой пробуждённого. Весна как возвращение к жизни, но уже без шума, без страха, в свободе. Свет говорит не о прошлом, не о будущем, а о настоящем — том, что вечно в моменте, если в нём присутствует любовь, вдохновение и благодарность.

Заключение

«Утренний свет» — это не пейзаж и не портрет. Это — внутреннее состояние узнавания, когда человек вглядывается в мир и вдруг чувствует: всё говорит о Нём.
Трава, тень, тишина, звук, прохлада, — всё несёт отблеск Того, Кто есть Любовь. Поэзия становится здесь не выражением, а следствием состояния, в котором любовь не требует ответа, а просто — светит, греет, несёт.

Пусть каждый читатель услышит в этом стихе не мои слова, а свою тишину, своё присутствие, своё утро.