Спи, моё горе
Молчал, когда меня удушьем гнул.
Я улыбался и просил лишь: «Не отвергни»,
Сквозь страх и кровь я был ему как стержень,
Что держит плоть, когда весь мир уснул.
Он шепчет: «Тише, ты же мой…» — и давит,
Я в этом мраке пью его как дым.
Не вырываюсь — я как будто сплавлен
С его виной, с молчанием чужим.
В его глазах ни жалости, ни силы,
А я влюблён, покорен и не свят.
Он ранит болью — мне же это мило,
В его руках теряю всякий страх.
Свидетельство о публикации №125072205268