Диалог небесный

В любой молитве слышу голос твой,
Не важно Мне название и имя.
В душе людей горит один огонь,
Он путь ко Мне укажет им незримо.

В мечети, храме — всюду Я один,
Нет между верой разницы и спора.
Ко Мне ведёт всех чистый свет глубин,
Кто сердцем шёл — войдёт в Мои просторы.

Я не делю народов и людей,
Врата небес для всех давно открыты.
И кто душой стремился, тот светлей,
Войдёт в Мой дом, любовью весь омытый.

Пусть разные молитвы на устах,
Обряды и пути различны внешне,
Но в сердце цель одна живёт всегда —
Любовь и свет, стремленье к жизни вечной.

Напрасен спор, раздор и суета —
В ней правда держится в святых пределах.
Лишь сердце знает вечные врата,
Кто выбрал путь — идёт тропою чистой.

Объединит всех чистая мечта:
Дойти до совершенства в единенье.
В любви и вере — жизни полнота,
В единстве всех — спасенье и прозренье.

Авторский комментарий к стихотворению

Это стихотворение — не плод интеллектуального усилия, а духовный отклик. Оно явилось мне в молитвенной тишине как небесный голос, который я услышал не ушами, а сердцем. Я верю: это не мои слова, а слова Бога, обращённые ко мне и к каждому, кто ищет. В момент наивысшей тишины, когда ум замолкает, начинает звучать Он — и эти строки стали формой Его присутствия.

I строфа

В любой молитве слышу голос твой,
Не важно Мне название и имя.
В душе людей горит один огонь,
Он путь ко Мне укажет им незримо.

Здесь говорит Бог. Он утверждает, что слышит голос каждого, вне зависимости от религии, имени или формы обращения. Для Него неважны слова — Он отвечает на зов сердца. Огонь в душе — это божественная искра, заложенная в каждого. Именно она соединяет с Творцом и ведёт к Нему — не внешне, а изнутри. Это отражение суфийской истины: «Истинная молитва — та, что не произнесена, а пережита сердцем».

II строфа

В мечети, храме — всюду Я один,
Нет между верой разницы и спора.
Ко Мне ведёт всех чистый свет глубин,
Кто сердцем шёл — войдёт в Мои просторы.

Бог раскрывает, что Он не привязан к пространству. Мечеть, храм, синагога — все это только внешние одежды. Он один и вездесущ, и нет разницы в формах поклонения, если суть одна — чистое устремление к Истине. Кто шёл сердцем — не ритуалом, не обязанностью, не страхом — тот войдёт в Его Просторы, в состояние союза, покоя и любви.

III строфа

Я не делю народов и людей,
Врата небес для всех давно открыты.
И кто душой стремился, тот светлей,
Войдёт в Мой дом, любовью весь омытый.

Эта строфа — развенчание всех границ. Бог не делит людей по признакам расы, нации, религии, статуса. Небесные врата открыты всем. Светлее становится не тот, кто «правильный», а тот, кто искал с открытой душой. Любовь — это единственное, что очищает по-настоящему, и только омывшись ею, человек может войти в Его дом — то есть в Его присутствие.

IV строфа

Пусть разные молитвы на устах,
Обряды и пути различны внешне,
Но в сердце цель одна живёт всегда —
Любовь и свет, стремленье к жизни вечной.

Здесь Бог говорит, что разные молитвы — как разные языки любви, но суть у всех одна. Внешнее различие не важно: обряды — это одежда, а суть — сердце. Настоящая цель — не исполнение ритуала, а стремление к вечной жизни, то есть к единению с Источником, к любви, в которой нет смерти. Это и есть суфийский смысл: «Забудь имя дороги, если она ведёт к Возлюбленному».

V строфа

Напрасен спор, раздор и суета —
В ней правда держится в святых пределах.
Лишь сердце знает вечные врата,
Кто выбрал путь — идёт тропою чистой.

Это призыв Бога оставить споры и распри. Правда не доказывается, она впитывается душой, как свет впитывается в рассвет. Врата к ней — в сердце, не в словах. Чистая тропа — это путь выбора, а не принуждения. Тот, кто осознанно выбрал любовь, мир, свет, уже идёт по ней. Эта строка напоминает наставление пророков: «Оставь спор ради мира, и ты найдёшь Мой след».

VI строфа

Объединит всех чистая мечта:
Дойти до совершенства в единенье.
В любви и вере — жизни полнота,
В единстве всех — спасенье и прозренье.

Финальная строфа — это откровение грядущего, где любовь станет общей религией, а единство — естественным состоянием. Совершенство — это не идеал, а живая мера согласия с Истиной. Только через любовь и веру приходит полнота жизни, а прозрение — это внутреннее узнавание Бога во всём и во всех. Это мечта не человеческая, а Божественная мечта о нас — мечта, в которой мы становимся Единым Телом Любви.

Заключение

Этот текст — не мои слова, а Откровение, в которое я лишь внимаю. Это не Я говорю с Богом, а Бог — со мной, и, возможно, с каждым, кто способен услышать. Я лишь передал услышанное так, как смог. И если хотя бы одна душа услышит в этих строках не меня, а Его голос, — значит, я выполнил своё предназначение как поэт и как человек.