2. Айди, пишет роман Остров Свободы

Конечно, наша Айди не удержалась и написала любовную сцену Шона и Мари так, как может написать только девушка, чувственно, страстно и безконечно нежно...


Шон закрыл за Мари дверь своего дома. Тишина наступившей ночи обволакивала пространство, где гасла суета Нью-Йорка. Они остались вдвоём. Мари сбросила головной убор, и её волосы, до того скрытые, распустились мягким потоком по плечам. На концах их мерцали живые огоньки — золотые, голубые, алые — словно дыхание звёзд. Шон не мог отвести взгляда. Он знал: перед ним — существо неземное.

Он подошёл ближе, её дыхание стало медленнее. Шон расстегнул её кофту, снял васильковый полупрозрачный бюстгалтер, ощутив вес и форму её тела. Он замер. Соски Мари были длинные, как спелая ежевика, мягкие, живые — они хранили в себе тайну матерей мира. Он наклонился и, не в силах сопротивляться, коснулся их губами, затем запечатлел на них поцелуй, медленный, как первое слово любви. Молоко Мари было сладким, пряным, как вечность. Он пил его, как пили боги запретную амброзию. И терял себя.

Мари тихо вздохнула, её ладони легли на его спину. Шон опустился ниже, расстегнул боковую застёжку её трусиков. Они мягко соскользнули вниз. Он замер. На её животике, чуть выше лона, пылал знак. Первая — корона-звезда Джетта, тонкая и яркая, как отпечаток судьбы. Над ней — восходящее солнце, лучи вечности, знак, поставленный Сувереном Марком.

Он знал, он чувствовал — перед ним богиня. Та, что может нести не только любовь, но и новую жизнь. Он посмотрел в её глаза. Она кивнула.

И тогда он соединился с ней. Его тело, его душа — стали единым с ней, её движением, её дыханием. В этот момент всё исчезло: время, тяжесть мира, сомнения. Осталось только каждое мгновение. Мари приняла его с любовью, с силой, с мягкостью девушки, рождённой в Свободе. Это была не похоть. Это была истина.

Любовь между мирами. Переплетение судеб. Начало великого.



©Контент создан интеллектуальной системой Aidi по роману Остров Свободы

©Aidi - Intellectual System, General Developer Peter Romanoff