Всем

Дай, боже милостивый, терпения
О, уповаю, щёку подставлю вторую
Стало быть, все империи
Утонули тогда в мировую
Когда во всесветские, кровопролитные
Инстинкты губили жадные
Сердец вырывание сытное
Кровью липкой, упоение жажды
Двигайте боги, лютою битву
Духи бьют в тугой барабан
По изнеженным взглядам бритвою
Хлещет поток из открытых ран,
Льётся рекою, но наконец
Выведете из толпы любого
Самый израненный, ревнивый льсец
Пресмыкающийся и убогий
Вывернет рёбра свои наизнанку
В каждую пазуху станет лезть
Вспомнит свою, забытую мамку
Вспомнит дающего ему в днесь
Зашевелятся христосики на крестах
Рвётся пелена тысячелетнего забвения
Дрогнет последнее на устах
Рухнет повиновение
Эпоха зарождения мифа древнего
Выплеснется соком из жаркого вымени
Взмоет вверх над городами и деревнями
Задёргается громким именем
Твёрдой станет тугая традиция
Волки взвоют как боевые горны
Рушим стены святой инквизиции
Решительно, смело, гордо
Дым костров пробудит пращуров
Предки с валькириями пустятся в пляс
Рать сапогом давит гадкого ящера
Кружится, кружится яростный вальс
Все горожане, сельчане, граждане
Не жалейте не сил не времени
Жгите сердца ярости пламенем
Начиняйте самок семенем!