Она собирала тени

Она собирала тени, как старые письма,
В конвертах из пыли, под лунным лучом.
Не контуры тел, не их очерки чистые,
А то, что осталось, когда все нипочем.
На бледных обоях, на выцветшем ситце,
В углах, что хранят тишину и покой,
Они расцветали, словно кровопийцы,
И пили из памяти сумрак густой.

Припев
И тень от часов, что остановились,
И тень от чужих, равнодушных шагов,
И тень от надежд, что когда-то светились,
И тень от несбывшихся, глупых снов.
Она их хранила в ладонях озябших,
Кормила их эхом вчерашних обид.
И слушала шепот их, еле дышащих,
Тех, кто не простил и не был забыт.


Под тканью вуали, что время соткало,
Под слоем гримасы чужой и пустой,
Она различала, как солнце упало,
И как растворился мираж золотой.
Не в старых альбомах, не в зеркалах мутных,
А в трещинах стен, где скрипела гроза,
Она находила следы незабудны,
Что прятали свет от её же лица.

Припев
И тень от часов, что остановились,
И тень от чужих, равнодушных шагов,
И тень от надежд, что когда-то светились,
И тень от несбывшихся, глупых снов.
Она их хранила в ладонях озябших,
Кормила их эхом вчерашних обид.
И слушала шепот их, еле дышащих,
Тех, кто не простил и не был забыт.


А город уснул, вдыхая свой смог,
И ночь расстелила тяжелый покров.
Лишь в комнатах тех, что хранили порок,
Светился неяркий от теней улов.
Она улыбалась, чуть слышно, устало,
Под тонкой фатой из неведомых лет.
Ведь это единственное, что осталось,
Её личный, теневой, безмолвный секрет.

Припев
И тень от часов, что остановились,
И тень от чужих, равнодушных шагов,
И тень от надежд, что когда-то светились,
И тень от несбывшихся, глупых снов.
Она их хранила в ладонях озябших,
Кормила их эхом вчерашних обид.
И слушала шепот их, еле дышащих,
Тех, кто не простил и не был забыт.